— Мы раскроем себя! — повысил он голос.
— Мне похрен!
— Эс, ты была когда-нибудь вежливой?
— Да, в 1998, - пожала я плечами, не уступая ему. — Ужасный был год.
— Стейси, — вздохнул Вист. — Я просто хочу, чтобы ты была в порядке.
— И я буду, — поцеловала я в щечку Эстель. — Теперь я буду. Знаешь, я помню, как ты взял меня сюда. Я помню, как не имела шанса успокоиться и отдышаться хотя бы мгновение, а благодаря тебя, теперь у меня есть не просто шанс, а смысл жить. Благодаря тому, что ты дал мне, я начала подпускать к себе людей. Мужчин. И теперь у меня есть Эстель.
— Она похожа на тебя, — улыбнулся он. — У нее твои глаза.
— Ты прав, но на самом деле похожа она на Майкла. У нее его нос, и порой, когда я смотрю на нее, вижу в ее взгляде ее отца.
— Ты любишь его?
— Мы не будем говорить о чувствах, Вист, — возразила я. — Мы не можем любить. У нас нет такой привилегии.
— Ты любишь его? — все еще не отводил он взгляд от меня.
— Люблю.
— Тогда разлюби, Стейси. Ты была права, у нас нет такой привилегии.
— Ты предлагаешь всю жизнь быть одной?
— Нет, но тебе нужен тот, кто с тобой «одной крови». Кто будет понимать твои стремления и не будет осуждать.
— В этом и проблема, — пожала я плечами. — Майкл никогда не осуждает. И только потом я поняла, что он просто не любил.
— Ты знала, что 40 % служебных романов заканчиваются браком?
— Никогда, — наигранно засмеялась я, понимая к чему он клонит. — Если нас таких будет двое, то мы оба поубиваем друг друга, а затем загремим за решетку.
— Мертвые?
— Да.
Мы смеялись и, кажется, идеально понимали друг друга. Боже, мы столько лет знакомы и столько пережили, но никто кроме Майкла так и не смог стать родным. Я люблю свою дочь и люблю ее отца, но мы так несовместимы. Каждый раз, когда мы вступали в перепалку, каждый из нас был абсолютно уверен в своей правоте. Словно мы до этого несколько часов разживались фактами и контраргументами и выпивали для храбрости. Но каждый проигрывал в итоге, сам того не понимая, как так произошло. Мы сражались за ни что. И были никем, но все же каждый раз понимали, что медленно забираем воздух друг у друга.
Мы молча сидели и делали бумажную работу. Писали отчеты и додумывали теории, описывая их на бумаге. Мне хотелось домой, и Эстель снова спала у меня на руках.
— Что-то меня подташнивает.
— Открыть окно?
— Нет, — закрыла я папку. — Просто уйди, чтобы и я могла уехать домой.
Батлер засмеялся и направился к дивану, собирая вещи в сумку. Затем взял их, и мы направились к выходу.
— Прости, что забираю твою жизнь, Эс, — спустились мы в холл. — Просто мне кажется, что, если вдруг ты уйдешь, все развалится на части.
— Так и будет, — услышала я сигнал машины. — Но это в любом случае произойдет.
Я посмотрела в сторону звука и увидела подходящего ближе Майкла. Он ничего не сказав, забрал дочь, а меня взял за руку.
— Что ты делаешь, Майкл?
— Увожу вас домой.
— Эс, если ты хочешь…
— Нет, Вист, — перебила я его. — Все в порядке. Нам и правда пора.
Я забрала у него сумку и направилась к Майклу в машину. Он ничего не говорил, и лишь когда я закрыла дверь машины, снова отдал мне ребенка, смотря с непониманием.
— Извини, что побеспокоила тебя, — сказала я. — Ты наверняка был на свидании.
— Я не забочусь о том, что у меня прямо сейчас должно быть свидание. Я забочусь о тебе, — завел он мотор, не обращая внимая на мой сарказм. — Я всегда приеду за вами двумя, даже на край света.
— Но я не просила об этом.
— А меня и не надо просить, Эс.
Мы ехали домой, и я почувствовала покой. В машине играла песня Eros Ramazzotti & Cher — Piu Che Puoi, а режим моего ребенка шел по наклонной. С Майклом я знала, что мы в безопасности. До сих пор я не могла до конца его разгадать. Не знала, какой он на самом деле. Думаю, он и сам иногда не знал. Этот человек обычно молчаливый, хоть и бывают моменты, когда он не может заткнуться. Его жестокости нет границ, хоть и порой он выглядит ранимым, как ребенок. Он слишком гордый, и ему трудно любить, но все же он рискнет жизнью ради тех, кого любит, даже не задумываясь.
Раньше были моменты, когда я лежала в постели, слушая музыку, и думала, а существует ли он? Человек, созданный специально для меня? Мой мужчина? Такой, чтобы замереть на мгновение и потеряться во времени до конца жизни? Тот, ради кого я столько лет терпела неудачи и боль, надеясь, что однажды все это закончится и я просто стану счастливой. Женщина не может жить без любви, по крайней мере так говорят. Но я думаю наоборот. Она может жить без нее, пока не встретит ту самую любовь. Но если уж познакомиться с ней однажды, без нее уже будет невозможно.
— Ты замечал, что иногда она так смотрит, будто все понимает? — спросила я у Майкла, смотря на дочь.
— Да, — услышала улыбку в его голосе.
— Признайся, ты приготовился к ссоре, — усмехнулась я, на что получила в ответ очередную улыбку Майкла. — Нет, я, конечно, всегда пожалуйста…
— Вообще-то я хотел просто провести время с семьей.
