— Ты вернула меня к жизни, Стейси, — сказал шепотом Майкл, поворачивая к себе спиной. — Ты принесла счастье и хаос в мой дом. Ты позволила мне быть мужчиной, который достоин семьи. Который достоин вас. Боже, я так люблю тебя, Стейси.
Затем Майкл провел ладонью по моему животу, и я затаила дыхание. Он развязал мой халат, а другой рукой снял с себя брюки. Я повернула голову, наблюдая, как он проводит рукой по всей длине. Майкл снова развернул меня к себе и закинул мою ногу себе на бедро. Я почувствовала его твердый член, и мне нужно было лишь поддаться вперед, чтобы он заполнил мое тело.
— Тебе нравится, признай это, Эс.
Прежде чем мои губы смогли что-то произнести, Майкл резко вошел в меня.
— Можешь не отвечать, — прикусил он кожу на моей шее. — Я чувствую это.
Майкл мучительно медленно двигался, держа одну руку на моем бедре, а другую в моей ладони, соединяя наши пальцы. Он видится с другой женщиной — Хилари, и уже довольно долго, я знала это, но занимается сексом лишь со мной. Я закрываюсь, но только не сегодня. Я позволила ему влезть мне под кожу.
— Выбери меня, — зарычал он. — Я не успокоюсь, пока ты не будешь моей.
Он ускорял темп, все время ударяясь своей мошонкой об мои бедра. В комнате были только звуки его толчков и наше дыхание.
Я никому ранее не позволяла видеть себя грустной. Я была сумасшедшей, ненормальной и непредсказуемой. Не позволяла человеческим словам прикасаться к моему сердцу. Но когда оставалась наедине с собой, снимала маску и в очередной раз не чувствовала ничего, кроме боли и ненависти. Все свои чувства я хоронила. То, какая я наедине с собой и какая с другими людьми — разные личности. Словно каждый день я живу лишь половиной души.
— Мы сошли с ума, — прошептала я.
— Я отдаю тебе не только эмоции, сердце и кровь. Я отдаю тебе весь чертов мир, Стейси, — говорил Майкл мне в губы.
— Я не собираюсь за это расплачиваться, — усмехнулась я, вонзая ногти в кожу на его спине. — Мне нужно встретиться с Долорес, и убить ее мужа.
— Звучит немного странно, — увеличил он темп.
— В моем стиле.
Я смотрела в эти глаза, все время утопая в них без остатка. Взяла его лицо в свои ладони и прильнула к губам, почти болезненно. Майкл сильно сжал мои бедра, отвечая на поцелуй с такой же страстью. Я была прижата к двери, и эта боль в спине была чертовски сладкой.
Боль. Говорят, между болью и удовольствием тонкая грань, и это истина. Мне нравится, когда Майкл причиняет мне боль. Мои демоны вырываются наружу, и этот мужчина не борется с ними, он действует заодно со всей чернотой моей души. Я не расслабилась, как обычно, а совсем наоборот, чувствовала страсть и страх, жару и холод, его нежность и грубость, наслаждение и боль.
— Вот что ты делаешь со мной, — зарычал он мне в ухо. — Как только я увидел тебя, сразу захотел. Это грубо, зато правда. Я влюбился в тебя, как только ты посмотрела на меня. Ты не видела во мне миллионера или очередного любовника, но видела человека. У тебя был удивительный взгляд. Невинный, ранимый и в то же время страстный. Ты умеешь так смотреть, сама того не замечая.
— Майкл…
— Я никогда не буду относиться к тебе, как к кукле, по причине того, что я знаю тебя. Ты ненавидишь, когда тебе считают слабой, — покинул он мое тело и положив на землю, как куклу, снова заполнил до основания. — Знаешь, чего я хочу? Я хочу слышать твои восторженные крики, хочу, чтобы ты вскрикивала мое имя, понимая, что к тебе так никто и никогда не прикоснется. Я собственник, и ты моя собственность.
Услышанное меня чертовски завело. Я сжала его член в себе, а Майкл застонал, не отводя от меня взгляд. Мы утопали в прикосновениях, и желании не останавливаться. Мне не хватало, и он знал это. Он не разрешал мне расслабиться, и снова покинув мое тело, поднял меня на руки, словно я ничего не весила, и направился в спальню. Майкл привязал мои руки и ноги к кровати, положив меня лицом в подушку и обдал томным дыханием шею, проведя кончиками пальцев по спине. Я выгнулась, после чего он почти вжал меня в кровать, молча приказывая не шевелиться.
Когда вы покупаете модель туфель, о которой давно мечтали, то желаете только одного — связанных рук. Это нужно, чтобы не скупить все, что позволяет голод и желания. То же самое я чувствую с болью. Когда впервые ее почувствовала, тогда мне нужно было связать руки. Но когда это сделали в буквальном смысле, мне понравилось, и с тех пор я нуждаюсь в ней.
Я почувствовала, как Майкл прорезал немного кожи на моей спине, и затаила дыхание. Чувствуя, как кровь стекает по моей спине, я получала чертово наслаждение. Когда я чувствовала его тело, мое — захлестывала волна вожделения. Мне казалось, что только от этого действия мое тело забилось в кратких судорогах, но Майкл медлил, наслаждаясь моим трепетом.
— Почему ты уехала? — прошептал он, слизывая кровь с моей спины.
Я застонала, закрывая глаза от наслаждения. Все еще продолжая молчать, почувствовала, как Майкл резко заполнил мое тело своей твердостью, снова проведя языком по порезу.
— Я хочу услышать ответ, — сказал он, медленно двигаясь внутри.
