– Вы уверены, что это хорошая идея? – пробормотала, не в силах отвести взгляд от странного блеска. – А вдруг у нас несовместимость?
– Что за чушь! – дядя возмущенно взглянул на меня. – Ты его дочь, о какой несовместимости идет речь? Даже моя кровь подошла бы, но в сложившихся обстоятельствах от нее было бы мало толку.
– Ладно, – сглотнув, я закатала рукав и протянула руку. – Это же магия светится, да?
– Ты даже там ее видишь? – он замер, остановив иглу в миллиметре от моей кожи. – И как, сильно светится?
– Нет, еле-еле.
Драмиэль помрачнел.
– Вероятно, это из-за того, что твой отец слишком долго живет в плену красноцвета. Я не феникс, так что никакого свечения не вижу. – Но вы же можете определить, что там кровь магического существа?
На первом курсе я узнала, что никто, кроме меня, не видит чужую магию, только ее последствия. А направление и мощность магических сил определяют по ауре – ее цвету и насыщенности. Но в этой пробирке никакой ауры нет. Значит, без меня Драмиэль не смог бы определить, осталась ли в крови его брата хоть капля магии?
– Я могу с уверенностью сказать только одно, – произнес он, прожигая капсулу задумчивым взглядом, – это кровь дракона, связанного со мной близким родством. Ты тоже должна это чувствовать.
Я прислушалась к себе. Где-то внутри меня пульсировал источник тепла. Он был таким слабым и крошечным, что я не могла опознать его форму. Но стоило мысленно потянуться к нему, и воображение тут же нарисовало мультяшного дракончика. Маленького, толстого и потешного.
Эта картинка заставила меня фыркнуть. А дракончик поднялся на толстые лапки, расставил короткие крылышки, на которых явно никуда нельзя улететь, и задрал мордочку кверху. Было чувство, что он смотрит на меня снизу вверх.
Наши взгляды встретились. Глаза дракончика внезапно расширились, и я вскрикнула, потому что игла вошла в мою вену.
– Извини, – голос Драмиэля вернул меня в реальность, – я старался быть осторожным.
Я потрясла головой.
Что это только что было? Моя внутренняя драконица? Или мне все привиделось от усталости и недосыпания?
Тем временем Драмиэль закрепил иглу местным пластырем, полюбовался на дело рук своих и приказал:
– Держи капсулу выше сердца. Сможешь?
– Постараюсь.
Хотела сказать что-то насчет дезинфекции, но не стала. Вряд ли магам, тем более драконам, страшны вирусы или бактерии.
– Главное, не засни.
– А если засну?
Он развел руками:
– Тогда мне придется стоять над тобой и держать капсулу. Мы ведь не в лазарете, нужного оборудования у меня нет.
Дядя как в воду глядел. Время тянулось так медленно, что я едва не уснула. Но он все это время сидел рядом со мной и развлекал рассказами из их с Ротбергом детства.
Так я узнала, что помимо них в семье есть еще дочь, моя тетя. Но она давно замужем, а ее муж посол Ленорманна при дворе эльфийского короля. Уже много лет они проживают в Силлериании.
Потом Драмиэль начал рассказывать про более дальних родственников. Я старательно слушала, но даже их имена не отложились у меня в голове. Единственное, что усекла, эти родственнички с радостью порвут меня на куски, если узнают про примесь темной крови. Никто из них не позволит мне не то что выйти за наследника трона, но даже возглавить род.
– Поэтому ты должна стать драконом, – закончил дядя, беря меня за руку.
Я встрепенулась, сбрасывая полусонное оцепенение, а он аккуратно вынул иглу. На этот раз было не больно.
– Это все?
Ранка на моих глазах затянулась, но никаких изменений я в себе не почувствовала. Даже голова не кружилась. Наоборот, возникло ощущение бодрости.
– Пока да. Нужно время, чтобы кровь Ротберга подействовала.
– Так я могу идти к себе?
Драмиэль замер надо мной, о чем-то усиленно думая. Потер подбородок, вздохнул и сказал:
– Нет, будет лучше, если ты останешься здесь. На всякий случай.
Мне было все равно, так что я просто пожала плечами.
Как истинный джентльмен, Драмиэль пустил меня в свою холостяцкую спальню, а сам провел ночь на диване в гостиной.
Я же думала, что не усну, потому что после переливания во мне так и бурлила энергия. Но это чувство оказалось обманчивым. Едва моя голова коснулась подушки, как меня накрыл непроницаемый мрак. Я будто провалилась в глубокую темную яму, в которой нет ни звуков, ни мыслей…
– Вставай, вставай, Натали, – меня кто-то будил.
Голос был смутно знакомым, и спросонья я решила, что это Арика.
– Ну еще минуточку, – простонала, поворачиваясь на другой бок.
Просыпаться вообще не хотелось. Разве у нас не каникулы?
– Никаких минуточек! – голос стал строже. – Ты и так завтрак проспала! Через полчаса у вашего курса построение!
Меня хорошенько встряхнули. Я наконец-то открыла глаза и увидела над собой укоризненно сжатые губы Джиллиан Гилли.
– Госпожа Гилли… ой… А где?..
– Господин Саррах давно ушел. Он попросил меня проследить за твоим подъемом! Одевайся и поешь. Я кое-что принесла.
Пришлось выбираться из теплой постельки.
