Он впился грубым и требовательным поцелуем, зубы покусывали ее нижнюю губу, а язык, словно завоеватель, глубоко проник в ее рот. Она поняла, что он не больше нее, хотел расставаться. Он был более чем готов уступить соблазну. Раненный, охваченный болью – это не имело значения, он бы бросил все, чтобы заполучить ее тело, стать частью ее. Голод казался неутолимым, ее, его – она уже была не в состоянии различить. Понимала только, что ее пальцы сжали его волосы в кулак, а ее голова отклонилась назад, чтобы дать ему лучший доступ, в то время как ее рот жадно пожирал его.
Он притянул ее ближе, и она обхватила его за шею. Он напрягся, задрожал и немедленно на его теле выступили кровавые бисеринки пота. Наталья оттолкнулась от него, вжимаясь в стену, прикрывая обратной стороной руки исцелованные губы.
– Это сумасшествие. Ты сводишь меня с ума. Уходи прямо сейчас. Солнце поднимается, твои глаза обжигает, не успеем оглянуться, как загорится твоя кожа.
Викирнофф попытался улыбнуться. Было такое чувство, что огонь уже танцевал по его коже, но она была права. Он ослабел, нуждался в крови и заживляющей почве. Лишь то, что он был древним, хорошо знаком с серьезными ранами позволяло ему оставаться на ногах. Но его сила не могла длиться вечно, а в грядущих сражениях он будет ей необходим.
– Иди, Викирнофф, я серьёзно.
– Для начала я должен убедиться, что ты в безопасности. Убери охранные заклятия и зайди в свою комнату.
Она не могла ясно мыслить, кровь пылала, а тело сковало напряжение и дискомфорт, умоляя о разрядке. Она сделала глубокий вдох и вынудила свой рассеянный мозг собраться. Сконцентрируйся она на охранных заклятиях, а не на том, что он собирается уходить, она была бы в порядке.
С тех пор как они ушли, в комнате ничего не изменилось. Она бросила рюкзак в угол и села на маленький стул прямо перед телевизором. Ей пришлось доплатить за телевизор, он был покрыт теми же красочными гобеленами как стены и кровать, так что едва было видно экран.
– Со мной все будет в порядке. Как видишь, здесь никого нет, и не было.
– Это будет не просто. Крайне сложно находиться далеко от Спутника Жизни. Я, конечно, не испытывал чего-то подобного, но мне рассказывали, что печаль сокрушительная, потому что наш разум нуждается в контакте. Я буду спать, и у тебя не будет ко мне доступа.
– Не льсти себе, Вик, – она сложила руки на животе, сдерживая приступ тошноты, но сумела улыбнуться. – Прожила же я без тебя столетие-другое. Думаю, что и сейчас справлюсь.
– Тебя начнут одолевать сомнения, Наталья. Ты подумаешь, что я мертв. Ты и так пережила сегодня эмоциональное потрясение. Будет трудно не поддаться неистовой скорби.
– Скорбь? Не просто скорбь, а даже
Ее голос затих. Ей было
– Не пытайся получить доступ к прошлому, касаясь церемониального ножа, Наталья, – предупредил Викирнофф.
– С мозгами у меня все в порядке, и все это время прежняя я прекрасно ими пользовалась, – ответила она. – Ты тянешь время.
– Дай мне своё слово.
Она начинала чувствовать отчаяние.
– Я даю тебе своё слово, а ты говоришь мне первую строчку еще раз.
– Первую строчку? – Его брови взлетели.
– Связывающего заклятия. Я хочу, чтобы ты повторил ее на своем языке. – Ее подбородок поднялся. – Ты не единственный лингвист. Я могу говорить на нескольких языках, и очень хорошо понимаю высказывания.
– Так ты все еще настроена, отменить связующий ритуал.
– Да.
Она уже и не знала, собиралась ли, но, гореть ему синим пламенем, он уходил, а она сама себя не узнавала – больше напоминала, хнычущего ребенка, готового расплакаться. Чтобы он остался, она попыталась соблазнить его и даже умоляла его. В ней не осталось стыда, и ей это совсем не нравилось.
–
– Строка не такая уж и трудная. В вымирающих языках слова часто опускаются. Значит, никаких `являются` здесь не будет. Буквально можно перевести: `Ты – венчанная жена моя`. – Она посмотрела на него торжествующе. – Ты буквально женился на мне, соединился со мной, связал нас как принято у твоего народа.
– Это так.
– Давай следующую строчку, если только ты не боишься, что я смогу отменить заклятие, – бросила она вызов.
Он внезапно наклонился вперед, упершись руками по обе стороны от ее головы и весьма эффектно поймав в клетку.
