– Эзра! – внезапно древний варвар приподнял меня и усадил к себе на колени. Повернув голову перенервничавшей однокрылой за подбородок, Дэл вкрадчиво произнес: – Моя женщина… – от слов айна стало немного легче и уютней: – Что бы там ни случилось, сейчас нам этого не изменить. Если я чему-то и научился за свои столетья, так это тому, что никто не в силах преодолеть рок. Предрешенное судьбой все равно свершится. Ну, вот кто мог знать, что ты свалишься мне на голову? Кто бы подумал, что вся моя нежизнь и все, что я имею, померкнет рядом с шансом обладать тобой? – Матео опустил голову, будто задумался, а Морган сделала вид, словно разглядывает свой идеальный маникюр из алых и черных волн, идущих вдоль длинных ногтей. И вот опять в сознании Дэла я приравнивалась к вещи, к нужной и важной для айна, но все равно к вещи. Владеть, обладать мной, сможет ли он когда-нибудь мыслить иначе? Сможет ли воспринять как друга, как равную себе? Впрочем, сейчас мне просто было очень хорошо рядом с древним варваром. Чувствуя крепкие руки на талии, сбивчивое и неровное дыхание на своем лице. Даже не видя, а осязаемо ощущая взгляд древнего варвара, наполненный такими эмоциями, что любая бы растаяла. Я облокотилась на грудь айна и задремала, пока бронемашина неслась навстречу судьбе Ария и моей судьбе тоже.
***
Боль в животе разрасталась, дергая за ноги, заставив сложиться пополам.
Несколько минут эта пытка заставляла кричать во все горло, срываясь на хрипы и стоны. Но вдруг все затихло.
Я стояла на знакомой до ужаса лестнице, во дворце Ария.
Рядом широко расставив ноги, в позе хищника перед броском застыл оскалившийся Дэл.
У подножия лестницы шумела толпа беззанских аристократов – не из самых надежных, как говаривал покровитель. Я знала всех в лицо. Герцог и герцогиня Аэргарды, похожие как две капли воды брат и сестра – высокие, статные, широкоплечие, сверлящие меня темно-синими глазами.
Странные друзья-графы – Орделли и Матресс, выглядящие как антиподы друг другу. Титан Орделли, почти не уступающий Дэлу в размерах и мускулистости, с пронзительными серыми глазами и золотистыми кудрями чуть ли не до пояса и среднего человеческого роста, Матресс. Его темно-карие глаза почти почернели, худощавая фигура была само напряжение. Граф беспрерывно теребил иссиня-черные волосы, падающие на плечи.
За их спинами гудело еще с два десятка известных в Беззане личностей.
Наконец, Аэргард поднял руку, и остальные затихли. В звенящей тишине герцог выкрикнул так, словно собирался провозгласить речь.
– Мы хотим увидеть Ария! Ходит много слухов о вампирах и нем, о том, что его постигла участь Медраса и вы прячете короля, скрывая это! Мы требуем Ария!
Сама не понимаю отчего, но внезапно во мне поднялась волна злости. Только что растерянно выжидала и вдруг захотела буквально уничтожить, стереть в порошок каждого, стоящего передо мной.
Не сразу сообразив, что, подобно губке впитываю чужие эмоции, распалялась все сильнее. Наконец, когда до меня дошло, было уже поздно. Безумная ярость плескалась внутри, требуя выхода.
Я попыталась сконцентрироваться не на ней, на страхе, который испытывали некоторые пришедшие. Он тоненькой струйкой просачивался сквозь реку злости, льющуюся от них.
Казалось, я уловила панику, опасение, принявшись усиливать их, медленно, но верно опутывать ими толпу. В голове резко прояснилось, бушевавшие эмоции словно бы перетекли в чистую энергию. Я ударила ею по толпе… и…
На несколько мгновений, показавшихся мне вечностью, сайхи замерли. Кто как был – с открытыми ртами, с удивлением на лицах, на полуслове.
И… попадали замертво.
Я закричала, истошно, отчаянно. Господи! Что же я наделала! Они умерли!
Обернувшись к изголовью лестницы, увидела Ария, еле передвигающего ногами и страхующего его Фонти. Лицо отца… такое знакомое вдруг показалось звериной маской. Длинные острые как бритвы зубы сверкнули из полуоткрытого рта, алые глаза точно налились кровью. Дернувшись, я наткнулась спиной на Дэла. Он выглядел ничуть не лучше – со страшным оскалом на лице, зрачками, напоминающими мертвые куски льда.
Это они! Они! Они сделали меня такой! Перед взором все поплыло. Комната начала медленно растворяться в пространстве, точно смытый водой акварельный набросок. Стены, лестница, айн, Арий, Фонти… Дель что-то кричащая у замковой двери…
Я вздрогнула и с трудом разлепила тяжелые веки. Несколько минут потребовалось, чтобы осознать, где нахожусь и почему.
Боль в животе сменилась холодом. Все тело, ниже талии замерзало, покрываясь мурашками.
Бронемашина Дэла уже стояла на главной площади Ассана.
На площади уже толпился народ. Аристократы выбирали себе места на трибунах – всего там кресел триста, а чернь ждала, когда знать рассядется, чтобы занять пустующие ниши. Судя по количеству сайхов, сразу становилось ясно – больше половины будут наблюдать поединок стоя. Простолюдинов собралось великое множество. Скучковавшись по бокам от рядов кресел, они будто бы увеличили площадь трибун втрое.