— Хватит тебе уже неблагозвучными «падлюками» ругаться, прекращай. Я понимаю, что Замоскворечье, знаменитое место, местные манеры. Но ты все же учти, что девушки ругаются только в самые нужные, исключительные моменты. И чего злиться? У нас трудности со связью, в том числе с почтовой. Нам командир насчет этого еще в самом начале войны объяснил, предупредил. Нет письма, значит, таковы обстоятельства. Нет смысла злиться и нервы тратить. Между прочим, Серый на меня здорово обозлится. Он же подозревает, что я и утонуть мог. А я жив-здоров, вот даже женился. Но как я ему-то сообщу об этих утешительных обстоятельствах? Слабое место у нас связь, слабое…
Обнялись у шумного вокзала, Анитка, чтобы заново не рассопливиться, побежала домой бегом – сестер кормить и мать со смены встречать. А товарищ Выру отыскал вокзальную комендатуру.
…— Документы: командировочное, продаттестат… здесь расписывайся, – помощник коменданта был измотан, тыкал пальцем не глядя. – На Товарной, восьмой путь, вагон номер…. Включен в состав наряда по охране груза, там знают, паек и на тебя получен, старший – сержант Гаврилов. Найдешь путь?
— Так точно.
Уже шагая вдоль путей, Янис развернул командировочное предписание:
«… прибыть в в/ч №…, г. Астрахань».
Однако… Понятно, что где-то на Волге, город крупный, но… какая большая все-таки страна.
Тут и курад не знал, что подумать. Понятно, что в глубокий тыл отправляют, остальное не понятно. Там, наверное, и бомбежек нет, сохраняйся нестроевой красноармеец Выру до лучших времен, в целости и сохранности, мало ли, вдруг понадобишься. Немного обидно. С другой стороны, не сам же выбирал, а полезное дело найдется. И живым останешься, что порадует определенных хороших людей. Но что за Астрахань-то?
Смутно помнилось, что город чем-то знаменит. Кажется, арбузами и сушеной рыбой. Ну, не так плохо.
Вагон отыскался без труда. Янис вежливо бахнул кулаком по приоткрытой двери:
— Товарищи, есть кто? Принимайте нестроевое пополнение.
Отъехала пошире дверь, сверху протянули руку:
— Забирайся. О, хлопцы, нам почти орденоносца в помощь прислали!
***
Привык товарищ Выру к бесконечному стуку колес, к путям нескончаемой страны. Ехали долго, больше месяца. Вроде и не самый последний груз везли – ящики с оборудованием, – а оказалось, есть в расписании уйма всего более срочного. Стоял эшелон на запасных путях, пропуская спешащие литерные, воинские, лазаретные и прочие поезда. Несли службу бойцы охраны, мерзли ночами на платформах в обнимку с винтовками, беспощадно жарились днем на солнце. Янис принял на себя старшинские обязанности: получал продукты на станционных продпунктах, бегал за кипятком, добывал газеты и новости. На безымянном разъезде под Саратовом удалось выгодно выменять большую кастрюлю, изловчился залудить у железнодорожников. Находил товарищ Выру общий язык и с путейцами, и с задерганными станционными интендантами. А как могло быть иначе? Человек опытный, спокойный, разумный. Нормально шло. Вот только продуктов выдавали не щедро. Э, это можно было пережить. Хуже было с новостями с фронта.
***
Прибыли в пункт назначения 8-го июля. Запасные пути казались продолжением степи – ровной и пустынной – по которой ехали последние дни. Из всей зелени имелись только телеграфные столбы, да камыш по одну строну от путей. И никаких гор на горизонте – вообще не Тыхау.
Распрощался Янис – бойцы намекали, что совсем не лишним и дальше был бы товарищ Выру, но все знали, что не от рядовых красноармейцев выбор места службы зависит. Вагонный караул двинет обратно, сопровождать следующие вагоны и грузы, а кому-то здесь оставаться. Между прочим, по слухам эта Астрахань – город крупный, важный, узловой и даже отчасти морской. Последнее обстоятельство зарождало у Яниса смутные опасения, но что ж тут поделаешь.
Двинулся красноармеец Выру к дальним строениям, к угадывающейся в зыбком мареве станции. Солнце прожигало спину прямо сквозь вещмешок и притороченную шинель. Юг. Как оно здесь будет?
Город Янис все же чуть посмотрел, поскольку для начала следовало явиться в управление НКВД и доложить о своем успешном прибытии.
…— Что ж, удачной службы, товарищ Выру, – сказал, возвращая документы, старший лейтенант со смешной фамилией Ставок. – Если что, найдем.
— Понял, товарищ старший лейтенант госбезопасности. Разрешите идти?
— Идите. Да, еще два слова. Предупреждаю: обстановка непростая. В городе относительно спокойно, вот подальше от Астрахани, там сложнее. Есть проявления вражеской активности, причем не только немецкой агентуры, но и затаившихся националистов. Поднимает голову недобитый враг. Вы не наш сотрудник, но военнослужащий опытный, человек проверенный. Если что, меня найдете.
— Так точно. Понял.
Двинулся Янис к комендатуре, размышляя о том, куда направят, и о том, что в такой огромной стране особо спокойных мест, видимо, вообще не осталось. И нет в этом ничего удивительного. Такое время.
