Темный карнавал полностью

– А что такого? Их можно убить – серебряными пулями. Да и вообще, любой вещью из серебра. Я где-то читал, когда-то. Или кто-то говорил…

Дуглас сидел на полу и смотрел на мистера Кобермана, который ел деревянными ножами-вилками-ложками, а в карманах носил исключительно медные пенни.

– Было бы недальновидно, – сказал дедушка, – давать точные определения. Мы же толком про них ничего не знаем. Хобгоблин, вампир, тролль… Кто это такие и как они себя ведут. Было бы глупо навешивать на них ярлыки. Это просто люди, которые ведут себя определенным образом. Как бы это сказать помягче – люди, которые ведут себя не по-людски.

– Доброго всем вечера, – сказал мистер Коберман, после чего встал и отправился на свою вечернюю прогулку, на работу.

Включили радио. Поиграли в карты. Купили мороженое, подали. Потом – спокойной ночи и спать.

И дальше по порядку – звезды, луна, ветер, тиканье часов, бой часов (с каждым часом все ближе к рассвету), восход солнца, вот и утро, и новый день – и мистер Коберман возвращается с прогулки после завтрака. Дуглас стоял в сторонке, как миниатюрный наблюдательный аппарат, который с жужжанием переводит туда-сюда свои зоркие микроскопические глазки.

В полдень бабушка пошла в магазин за продуктами.

Покричав с минуту у мистера Кобермана под дверью, Дуглас попытался войти. На этот раз дверь была заперта. Пришлось бежать за ключом.

Судорожно сжимая в руке ключ и осколки цветного стекла, Дуглас вошел, прикрыл дверь и прислушался к мерному дыханию мистера Кобермана. После чего приложил к глазам осколок голубого стекла.

Посмотрел сквозь него и оказался в голубой комнате, в голубом мире – непохожем на обычный мир, который он знал (таком же непохожем, как красный мир). В нем была аквамариновая мебель, кобальтовое постельное белье, бирюзовые потолки, угрюмое синее лицо мистера Кобермана, его не менее синие руки, а также синяя грудь, которая мерно поднималась и опускалась.

И кое-что еще.

Прямо на Дугласа с голодной злобой смотрели глаза мистера Кобермана, которые были… широко открыты! Отступив назад, он отнял от лица голубое стекло. Теперь глаза мистера Кобермана были закрыты. Приложил голубое стекло – открыты. Убрал голубое стекло – закрыты. Приложил голубое стекло – снова открыты. Убрал – закрыты. Вот это да. Весь дрожа, Дуглас продолжал экспериментировать. Так, еще раз, со стеклом – кажется, что сквозь закрытые веки кто-то просвечивает фонариком голодные жадные глаза. Без голубого стекла – кажется, что они плотно закрыты.

Но была еще и остальная часть тела мистера Кобермана…

Минут пять Дуглас стоял совершенно потрясенный. И думал о голубых мирах, красных мирах, желтых мирах – разных и живущих параллельно друг с другом. Как стекла внутри большого белого окна. Одновременно. Цветные стекла, разные миры… Мистер Коберман – он же сам это подтверждал.

Вот почему он разбил окно. По крайней мере, одна из причин…

– Мистер Коберман, проснитесь!

Никакого ответа.

– Мистер Коберман, где вы работаете по ночам? Мистер Коберман, где вы работаете?

На окне легкий ветерок всколыхнул голубую штору.

– В красном или в зеленом мире, или в желтом, а, мистер Коберман!

Голубая стеклянная тишина была ему ответом.

– Погодите-ка… – сказал Дуглас.

Он вышел из комнаты, спустился по лестнице на кухню и по очереди выдвинул все большие скрипучие ящики с блестящими ножами. Выбрал самый большой и самый острый. Потом очень спокойно вышел в холл, снова поднялся по лестнице, открыл дверь в комнату мистера Кобермана и закрыл ее.

Бабушка пальцами разминала на сковороде корж для пирога, когда на кухню вошел Дуглас и поставил что-то на стол.

– Ба, посмотри, что это?

Она бросила короткий взгляд поверх очков.

– Не знаю.

Нечто квадратное, как коробка, и упругое, как резина. Ярко-оранжевого цвета. К нему были прикреплены четыре голубые квадратные трубки. И еще оно очень странно пахло. Не хорошо, но и не плохо.

– Ба, ты когда-нибудь видела что-нибудь подобное?

– Нет.

– Я так и думал.

Дуглас оставил «нечто» лежать на столе и вышел из кухни. Через пять минут он вернулся и принес что-то еще.

– А вот это?

«Вот это» выглядело как ярко-розовая цепочка с фиолетовым треугольником на одном конце.

– А ну, не мешай, – цыкнула на него бабушка. – Цепочка это, и что?

Дуглас снова ушел – и в следующий раз пришел уже с полными руками непонятных предметов. Кольцо, квадрат, пирамида, прямоугольник и другие фигуры.

– Это еще не все, – сказал он, – там, откуда я их таскаю, еще много всего.

– Хорошо, хорошо… – отмахнулась бабушка далеким, очень сильно занятым голосом.

– Кстати, ты была неправа, ба.

– Насчет чего?

– Насчет того, что все люди – одинаковые внутри.

– Хватит болтать глупости.

– А где моя копилка? – спросил он.

– На камине.

– Спасибо.

Дуглас ворвался в гостиную и потянулся за копилкой.

В пять пятнадцать вернулся с работы дедушка.

– Дедушка, поднимись наверх.

– Хорошо, малыш. А зачем?

– Хочу тебе кое-что показать. Это не очень красиво. Но зато интересно.

Дедушка хихикнул и следом за внуком отправился в комнату мистера Кобермана.