Когда все приготовления были завершены, а треть площади библиотеки находилась внутри круга, я со спокойной душой сел вместе с алхимиком за стол. После трехдневной голодовки любая, даже скромно приготовленная еда превращалась в кулинарный шедевр. Полагаю, битва с конкурентом подобных масштабов скоро превратит меня в высушенный лист бумаги.
— Ладно, Ангелар, что же такого интересного ты накопал у себя в морге? — Спросил меня Зед, после того, как я утолил первый голод. — Зачем ты дал добро на длинную смену? Есть, о чем рассказать?
— Имеется. — Ответил я, отхлебнув чая из кружки.
— Так что?
— У нас появился соперник с самой неожиданной стороны. Похоже, что Инквизиция все это время работала над идеальными солдатами для своей армии. Буквально на днях этих молодцев откопали среди горы трупов зеленокожих. Все были при оружии, однако убить вся эта толпа смогла только двоих зомби.
— Ха-ха, вот ведь, нихрена себе! Ты же сейчас не шутишь?
— На их мундирах золотом по красному красуется эмблема Инквизиции. Единственный вопрос, который меня сейчас беспокоит, это откуда они научились подобному мастеству?.. Не нравится мне это Зед, ох, как не нравится…
Алхимик вдруг щелкнул пальцами, как если бы вспомнил о чем-то очень важном.
— Послушай, но ведь Алерайо наверняка видел этих уродов в лицо, он ведь может рассказать о них чуть больше?
— Да рассказать расскажет! — Раздражённо махнул я рукой. — После того, как мы избавили его от одержимости… Эл — человек принципа. Я думаю, он поможет нам, даже если что-то произойдет, но сильно рассчитывать на это все же не стоит. Как никак, собственная же работа держит его стальной хваткой. Но откуда они научились подобному? Сейчас об этом мог бы рассказать только Шиф…
— Возможно, тебе стоит покопаться среди старых записей этого сумасшедшего старика. Хах, после себя он оставил тебе в наследство не хилую часть работ! Авось, да найдутся ответы для твоего вопроса.
Совет Зеда показался мне довольно уместным, особенно в ситуации, когда нет иного выхода, кроме как снова залезть в архивы. В прошлом я уже просматривал записи, однако тогда меня интересовали только наработки старого плута, которым можно очень быстро найти применение. На сей раз мне пришлось подробно разбирать заметки, обрывки текстов на санскрите, будь он неладен, и других, непонятных языках, больше похожих на вязь, а также описания событий, которые Шиф посчитал важным запечатлеть на бумаге.
К сожалению, по большей части вся эта груда либо не поддавалась для чтения, либо казалась бессвязным бредом душевнобольного человека. Уймы цитат из стихов далекого прошлого, сказание о мальчике Утере, детские песенки, газетные вырезки, не далее, как 1528 годом от Первого Сенокоса, когда по Двеллу впервые прокатилась чума и много других бесполезных свитков. Впрочем, даже среди бочки дегтя нашлась ложка того самого меда.
После очередной бессонной ночи, проведенной за неистовыми поисками, мне попалась довольно интересная заметка. Ее название, ни много ни мало, читалось, как «Трактат о телах человеческих». Повествовал же данный трактат о трансплантации различных частей человеческого тела при помощи некромантии, зельеварении, а также небольшого умения в сфере шитья. Самой книги здесь так и не нашлось, однако, исходя из записей, датированные зимой 1597 года, Шиф проштудировал данный труд вдоль и поперек. После этого, следующая запись от лета 1598-го гласила о том, что часть теорий из книги была подтверждена на практике.
«5 июня. Работа с мышами всегда проходит на успешно, потому я приступил к экспериментам с людьми. Посадил за стул мужчину, сковал его цепями, так, чтобы его тело не могло шевелиться вообще, после чего начал по кусочку отрезать мышцы на левой руке. Кричал, словно его резали. Зашил рот.»
«6 июня. Срезал остатки нужной мышцы сегодня поутру. Чтобы пациент не умер, поддерживал в нем жизнь путем вливания укрепляющего раствора через открытую рану. Не умер от кровотечения, и то хорошо.»
«8 июня. Разморозил один из трупов, после чего аккуратно вырезал у него ту же самую мышцу, тоже с левой руки. Пока плоть еще не разложилась, я, как можно быстрее, пришил ее на место. Стежки вышли неаккуратными, но кого это волнует? Теперь нужно поливать шов зельем исцеления, в течении одной недели.»
«15 июня. Пациент жив здоров, а мышца прижилась! Когда я освободил руку пациента, он захотел меня ею схватить, из чего я сделал вывод, что теперь он полностью здоров! Перерезал горло за ненадобностью»
Но вот только на мышцах он не остановился. Уже осенью эксперименты перешли на другой уровень, и Шиф начал отнимать целые конечности.
