Октавия слушала меня крайне внимательно, а на последних моих словах, у неё из глаз брызнули слёзы.
— И ты так просто от меня избавишься? Макс, это несправедливо!
— Послушай меня, — я взял её за руку, — Я, Максимилиан Рихтер обещаю тебе защиту от Регины Сципион и сдержу своё слово. Но, прежде чем мы уничтожим её печать, ты должна знать, что, возможно, потеряешь дар рода Сципион.
— Вот значит как… — отрешённо ответила она и замолчала.
Я же мягко начал ей объяснять то, что мы сейчас выяснили вместе с Вийонами. Печать Регины, которую для удобства мы стали называть «паразитом», питалась от самого дара Октавии. Много лет эта тварь просто спала, а сегодня проснулась, получив приказ от хозяйки и начала быстро выкачивать из неё энергию.
Причём, чем больше паразит сжирал, тем сильнее он становился и действовал всё более агрессивно.
Но, вместе с этим, он становился и заметней. Так что, в конце концов, мы увидели это заклинание очень ясно.
Из маленькой, почти невидимой, клетки он успел вырасти в настоящую раковую опухоль на энергосистеме Октавии.
И, что хуже всего, у нас не было времени, чтобы найти идеальный способ её уничтожить. Что ни говори, а Регина — очень сильный заклинатель, который отлично знает своё дело.
Будь у меня хотя бы пара дней, я бы нашёл как его расплести, ничем не потревожив Октавию.
Но по всему выходило, что у нас есть не больше суток, прежде чем паразит разрастётся до таких масштабов, что мы уже не успеем его остановить.
И в этом случае единственным выходом было выбить заразу заразой. Я мог поставить на Октавию свою собственную метку. И тогда она тоже начнёт осушать её дар, отбирая «еду» у метки Регины, а потом «сжирая» и саму метку, пока та не перестанет существовать.
Вот только сумеет ли потом магия Октавии восстановиться? Этого не знал даже я.
— Теперь ты понимаешь, почему это такое серьёзное решение? — спросил я у ведьмочки, когда закончил свои разъяснения.
Она медленно кивнула.
— Тогда выбирай. Выбирай тщательно. Возможности изменить что-то у тебя уже не будет.
Октавия молчала. Я не торопил.
Выбор ей предстоял и впрямь серьёзный, если не судьбоносный. Что бы она не решила, а её жизнь изменится навсегда.
Не важно, вычеркнет ли она из неё Рихтеров или будет открыто противостоять Регине. Как раньше уже не будет ничего.
Впрочем, я был почти уверен, что она выберет второе.
Честно сказать, отдавать её Регине вообще не входило в мои планы. Но в такой ситуации последнее слово всё равно должно остаться за Октавией.
Для мага, тем более такого сильного, как она, остаться без своего дара — это всё равно что остаться без рук. Буквально инвалидом
И даже гипотетическая вероятность этого предельно накаляла ситуацию.
Тем более, что предсказать что-то сейчас было невозможно. Мы столкнулись с задачей, подобной которой никто ещё не решал.
Во всяком случае, прецедентов не знал ни я, ни лучшие лекари в мире.
И мы действительно могли лишь предполагать, что произойдёт, если мы начнём воплощать наш план в жизнь.
Пока Октавия находилась в вынужденном сне, мы с Морисом и Клодом успели обсудить несколько наиболее вероятных исходов. И сошлись в одном. Если бы не особенности дара Октавии, почти все варианты были бы совсем не радужными.
Но и так, мы плохо представляли чего ждать.
Одно было ясно точно. Дара Сципион она лишится как минимум на какое-то время. А с высокой долей вероятности, вообще навсегда.
Слишком плотно Регина связала свою печать с её даром. И уничтожить одно без другого было практически не реально.
На самом деле, печать была настолько плотно связана с Октавией, что ведьмочка вообще не должна выжить с вероятностью в девяносто девять процентов.
И только то, что рядом с ней оказался я вообще делало её спасение возможным.
Если бы не это, то ни о каких других вариантах, кроме как попытки договориться с Региной, речи бы не шло. На это, как я полагаю, княгиня Сципион и рассчитывала. Что я оценю угрозу и пойду на переговоры. А Октавия окажется в роли заложника. Либо образцово-показательной жертвы, если я не соглашусь на уступки.
— Но мой дар некроманта сохранится? — наконец, нарушила тишину Октавия.
Я кивнул.
— С высокой вероятностью, да. Но, ты должна понимать, что говоря о высокой вероятности, мы с Вийонами имеем в виду что-то около семидесяти процентов. Есть шанс, что Регина припасла внутри своей ловушки ещё какой-то сюрприз, который просто выжжет всю твою энергосистему, как только мы начнём противостоять её печати-паразиту.
— А заранее определить это невозможно? — снова спросила она, нервно стиснув пальцами покрывало кровати, на которой сидела.
— Мы изучили печать настолько, насколько это возможно. Прямо сейчас Вийоны продолжают сканировать полученные данные. Но уже понятно, что мы просто не успеем проверить всё за то время, что у нас есть. Решать надо уже сейчас.
— Чёртова сука… — тихо прошептала Октавия, — ну почему я не такая сильная как она?
В её глазах блеснули слёзы.
Я сел рядом с ней на кровать и обнял.
