Эдвард сделал глоток кофе, немного расслабился и продолжил:
— Более того, они даже используют нас в моменты, когда кто-то рискует обвинить их в монополии. «Мол, они никому не препятствуют вести бизнес. Кто же виноват, что техника Штайгеров лучшая, и все выбирают именно её?»
Классическая схема. Крупные игроки всегда оставляли мелким конкурентам иллюзию свободы рынка, прикрываясь ими от обвинений в монополизме.
— И что изменилось? — поинтересовался я, хотя уже догадывался об ответе.
Крэйвен выпрямился, и в его глазах появился азартный блеск:
— В Рихтерберге возник неожиданный спрос на технику, созданную по новым принципам. И наш клан увидел в этом шанс. — Он наклонился ближе, понижая голос. — Мы хотим делать технику по вашей новой технологии. Готовы вложиться в это дело со своей стороны, надеясь значительно увеличить свою долю рынка.
Я откинулся в кресле, изучая его лицо. Прямота подкупала.
— Вы же понимаете, — медленно произнёс я, — что если вы сделаете этот шаг, то Штайгеры уже будут смотреть на вас уже не столь лояльно, а как на врагов и серьёзных конкурентов?
Эдвард не колебался ни секунды:
— Готов рискнуть. — Его голос окреп, стал увереннее. — Я вижу, что времена меняются. И что Великие Кланы вовсе не так незыблемы, как казалось раньше.
Последние слова он произнёс, смотря мне прямо в глаза. Намёк был более чем прозрачным — слухи о моих «достижениях» в области устранения врагов явно дошли и до мелких производственных кланов.
В общем-то, это было очевидно для всех, кто хоть немного следит за новостями и умеет анализировать хотя бы на уровне студента.
Но не все готовы заявлять об этом так открыто.
Так что это была ещё один плюсик к характеру этого человека. Он не пытался юлить или обходить острые углы, говорил прямо и готов был рискнуть ради развития своего дела.
Я улыбнулся и протянул ему руку:
— Мне нравятся умные и смелые люди. А раз вы сами пришли ко мне с этим предложением, то мы наверняка сработаемся.
Эдвард едва не подпрыгнул от радости. Он крепко пожал мою руку, и на его лице расцвела благодарная улыбка:
— Спасибо вам! Клянусь, вы не пожалеете об этом решении! — Он говорил быстро, взволнованно. — Мы способны делать многие виды техники ничуть не хуже Штайгеров. Качество будет на высшем уровне, в этом можете не сомневаться!
— Уверен это так, — успокоил я его. — Иначе мы не стали бы рассматривать это партнёрство и ваше предложение до меня бы даже не дошло. Но у меня есть ещё один вопрос.
Крэйвен тут же напрягся, готовый к любым условиям.
— Не знаете ли вы случайно других представителей этих самых «независимых десяти процентов»? — поинтересовался я. — Может быть, кто-то ещё хочет начать торговую войну со Штайгерами?
Глаза Эдварда загорелись понимающим блеском.
— У меня есть на примете кое-кто, — осторожно сказал он. — Два-три клана, которые находятся в схожей с нами ситуации. Я переговорю с ними сегодня же. Думаю, после ваших недавних… успехов… многие задумываются о переменах.
— Отлично, — кивнул я. — Тогда жду известий.
Мы обменялись контактами, и Эдвард поднялся из-за стола. Он всё ещё выглядел слегка ошеломлённым от успеха переговоров.
— Ещё раз благодарю вас за доверие, — сказал он на прощание. — Не подведём.
После его ухода я остался в кофейне, допивая кофе и обдумывая перспективы. Эдвард Крэйвен появился как нельзя кстати. Именно такие союзники мне и были нужны — люди, готовые рискнуть ради изменений, видящие возможности там, где другие видят только опасность.
И чем больше я размышлял об его предложении, тем больше мыслей и идей появлялось в моей голове. Мне тоже было что предложить этим кланам. И не только им.
Я улыбнулся, думая о том, как сильно это не понравится Гюнтеру. Но я не собирался позволять ему бесконечно богатеть на грязной энергии захватчиков. Пора напомнить ему о том, что такое настоящая конкуренция.
Допив кофе я вернулся в резиденцию в приподнятом настроении, где меня почти у ворот встретил встревоженный Арджун.
— Максимилиан, — начал он сразу, — с техникой всё идёт отлично, но похоже у нас ещё одна проблема. Мы пока стараемся сдержать панику и сохранить всё в секрете. Но долго этого делать не получится.
В ответ на мой вопросительный взгляд, он глубоко вздохнул, собираясь с мыслями и продолжил:
— Часть магов, которые проживали в тестовом районе начали испытывать серьёзные недомогания. Дошло до того, что некоторых доставили в клиники Вийонов в глубоком обмороке, граничащем с комой. Если так продолжится, то я не знаю как мы сможем продолжать эксперимент.
Дорога до клиники заняла всего двадцать минут, но за это время Арджун успел обрисовать масштаб проблемы.
— Сначала был один случай, — объяснял он, нервно теребя папку с документами. — Мужчина лет сорока, Извершитель. Боевой маг, подавал большие надежды в своём клане. Мы тогда не придали этому особого значения. Ну мало ли, почему он схлопотал истощение. Такое вообще часто бывает среди магов.
Я кивнул, глядя в окно автомобиля на проплывающие мимо кварталы Рихтерберга.
— Потом таких случаев стало больше? — уточнил я.
