– Повторяю, положи пистолет на землю, подними руки вверх и опустись на колени, – добавив уверенности в голосе, повторил свой приказ полицейский, глядя на кобуру с пистолетом на поясе Гаранина.
– Рома, пожалуйста, – подала голос Ванда, выходя из-за его спины и вставая рядом с ним. Рука молодого патрульного дрогнула, и он неожиданно повернулся к Ванде, направляя оружие теперь уже на неё.
– Тихо, спокойно, – Гаранин поднял руки и сделал шаг вперёд, заставляя полицейского повернуться к нему. – На меня смотри. Вот так… – Он в очередной раз закрыл собой Ванду, двигаясь тихо и плавно.
– Да вы совсем, с ума, что ли, сошли? – Руслан в это самое время что-то выговаривал одному из мужчин в форме. Тот уже убрал оружие в кобуру и странным взглядом осматривал притихшую компанию. – О Боги, да уберите его от Гаранина. Он же его убьёт сейчас, если тот ещё раз рот откроет!
– Я не…
– Да я не о тебе говорю, идиот! – Глава Гильдии угонщиков перебил ничего не понимающего полицейского и встал между ним и Главой Гильдии убийц. – Убери оружие и катись вместе со своими товарищами с моей территории.
Полицейский внезапно закричал, после чего раздался специфический хруст ломающихся костей, и пистолет упал на землю, вырвавшись из повисшей плетью руки.
– Хватит! – Ванда схватила Гаранина за плечо. Роман опустил руку, направленную в сторону целившегося в него полицейского, освободился из захвата цепляющейся за него девушки и подошёл к упавшему на колени патрульному, баюкавшего в это время свою руку.
– Считай, что отделался лёгким испугом, – холодно проговорил он. – Никогда не целься в человека в местах, подобных этому, если не собираешься сразу выстрелить. Что вы здесь забыли? Территория любой Гильдии находится вне юрисдикции любого отделения полиции и Службы Безопасности. – Спросил он у подошедшего к нему полицейского. Судя по всему, именно он был главным в этой группе.
– Старший сержант Денисов, представьтесь, пожалуйста, – не глядя, как уводят его сослуживца в сторону машины, полицейский обратился к Роману.
– Гаранин. Глава пятой Гильдии, и я вправе поинтересоваться, почему мне и моей спутнице только что угрожали люди в форме, – от взгляда светлых глаз сержант поёжился.
– Эм, господин Гаранин. Случилось небольшое недоразумение. Подробности сообщить вам можем только по специальному запросу, который вы, как глава одной из Гильдий вправе оформить…
– С огнём играете, сержант, – усмехнулся Роман.
– Им подружка Наумова нужна, – вклинился в разговор Руслан. – Поэтому решили вкатиться сюда с огоньком и под фанфары. Идиоты. Дорожный патруль задержал Наумова и ещё трёх гонщиков по какой-то странной наводке. Наумова доставили в восьмое отделение, куда попросили доставить и его подружку.
– Замечательно, – поморщился Гаранин.
– Ром, поехали к Диме, – проговорила стоявшая рядом с Романом Ванда.
– Я там зачем? У Димы много юристов, которые с превеликим удовольствием разберутся с этим недоразумением.
– Нам всем нужно поговорить, – решительно сказала Ванда.
– Ладно, мне здесь всё равно сегодня больше делать нечего, – спустя несколько секунд проговорил Гаранин, выходя вслед за девушкой с территории Гильдии Угонщиков.
Я сидел на стуле в душном маленьком кабинете начальника местного отделения полиции и пил отвратительный кофе из кружки сомнительной чистоты. Когда меня привезли сюда и начали оформлять протокол, я скептически смотрел на воодушевлённого полицейского. А когда я, наконец, представился, то выражение его лица доставило мне особое удовольствие. Так же, как и порванный протокол.
– Надеюсь, у вас бланки не именные, – в конце концов, посочувствовал я полицейскому. За что получил взгляд, в котором читалось пожелание мне поскорее встретиться с Прекраснейшей, то есть попросту сдохнуть.
Подтвердив мою личность, меня со всеми почестями проводили в этот кабинет, налили кофе и пообещали привезти сюда Ванду. Я остался её ждать, чтобы уже вместе отправиться в поместье. Возвращаться в Колизей я особого смысла после задержания не видел. Тем более что мне так и не сказали, на каком основании задержали только меня одного. Мои преследователи прекрасно видели, что гонщиков много, да и финишную черту они вместе со мной пересекли, так что… В общем, вопросов ко мне могло возникнуть много, и я ни на один не смог бы ответить.
– Ничего не меняется в этой жизни. Тебе не кажется, что это становится традицией заканчивать нашу с тобой встречу в полицейском участке, – в кабинет вошёл Гаранин, пропуская перед собой Ванду. Она сразу бросилась ко мне, осматривая на повреждения.
– Нам сказали, что ты в дерево врезался, – проговорила она, перестав меня ощупывать и садясь рядом со мной.
Я только неопределённо хмыкнул, оценив её изменившийся внешний вид, и перевёл взгляд на Романа. Гаранин в это время обошёл нас и сел на край стола. Похоже, это его излюбленная поза при разговорах.
– Что ты здесь делаешь? – спросил я у него.
– Ванда убедила меня, что нам всем нужно поговорить в более приватной обстановке, чем арена Колизея, – Рома усмехнулся. – Я же говорил, что эти гонки абсурдны и опасны.
