– Ничего опаснее этого жуткого кофе я пока в этих игрищах не увидел, – ответил я, продемонстрировав ему кружку. При этом покосился на Ванду. Вишневецкая куталась в куртку Гаранина и о чём-то напряжённо думала. По крайней мере, её хмурое лицо и сдвинутые брови говорили именно об этом.
– Дим, я могу тебе задать всего три вопроса? А потом мы поговорим, – неожиданно проговорил Ромка, захлопывая открывшуюся дверь магическим потоком, небрежно махнув рукой.
– Ну, конечно, задавай, – я откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.
Рома слегка напрягся и сложил на груди руки, словно в защитном жесте. Такое чувство, что он чего-то опасается. Активировав на несколько секунд свой дар, я убедился в том, что золотое одеялко до сих пор накинуто на его источник, и, судя по всему, развеиваться не собирается. Неплохо Ванда его приглушила.
– Кто такой Эдуард? Он вообще существует? – я поперхнулся горячим кофе, глоток которого только что сделал, чтобы смочить горло.
– Откуда ты знаешь про Эдуарда? – откашлявшись, удивлённо посмотрел на него. Ничего себе вопрос. Зато мою сонливость как рукой сняло. В ответ Рома кивнул на всё ещё молчавшую и что-то обдумывающую Ванду. – А, ну понятно. Это на самом деле очень трагическая история. Эдуард мой брат по биологическому отцу Казимиру и полжизни провёл в психушке. Они так и не смогли окончательно избавить его от небольшой мании, поэтому он бывает иногда импульсивен, агрессивен и немного опасен.
– Какой мании? – похоже, Ромка действительно сомневался, что Эд существует. Надо бы поинтересоваться, что наплела про него Ванда.
– Он считает, что родился во времена Империи и является Великим Князем Эдуардом Лазаревым, – ответил я и вздохнул.
– Это действительно трагическая история, – не смог со мной не согласиться Гаранин, когда прокашлялся. – Ладно, допустим. Скажи мне, тебе мало имеющихся у тебя денег? – задал он следующий вопрос.
– Ты о чём? – я покосился на него с подозрением.
– О камнях, которые Эдуард украл у какого-то оборотня. Я, если честно, так и не понял, что в той цепочке событий делало это промежуточное звено, – Рома наклонил голову набок, внимательно меня рассматривая.
– А, ты об этих камнях, – протянул я. – Это ещё одна очень трагическая история… Ты ему и о камнях, что ли, рассказать успела? – спросил я у Ванды. Она только молча плечами пожала. Вообще, Ванда вела себя очень странно. Интересно, что у них произошло, пока меня не было? Всего-то полчаса прошло, не больше. Всё же вроде было хорошо. Во всяком случае, со стороны казалось именно так.
– Об этих камнях только немой на сходе не говорил. И даже немой жестикулировал и тыкал в Ванду пальцем, показывая на её изумруд, – ответил Роман. – Ладно, допустим, всё это правда. Хотя, если честно, верить мне в этот бред до конца не хотелось, – поморщился он, а потом, вскинувшись, посмотрел мне прямо в глаза. – Дима, кто глава Гильдии убийц?
– Понятия не имею, – честно ответил я. – Ванда?
– Я до сих пор не уверена, – тихо проговорила она. – Не мог же Громов так сильно ошибиться…
– Да вы издеваетесь надо мной весь вечер, что ли? – взорвался Роман, и, схватив со стола какую-то коробку, запустил ею со всей дури в дверь. Она в это момент распахнулась, но тот, кто её открыл, заходить почему-то не спешил. – Дима, это я!
– Серьёзно? – я недоверчиво осмотрел Гаранина с ног до головы. Он был явно на взводе, сжимал и разжимал кулаки, пристально глядя на меня, словно опасаясь моей дальнейшей реакции. – Ну, бывает, – только и смог ответить я.
В приоткрытую дверь кто-то вошёл, но мы смотрели друг на друга, не обращая на вошедшего внимания. Да и он никак не стремился себя проявить.
– Что? – Наконец, смог выдавить из себя Ромка. – И тебя ничего не смущает? Например, что я убийца? – он быстро приходил в себя, а в его голосе появились вкрадчивые обертоны, которых раньше я у него не замечал.
– Не особо. У каждого из нас есть свои недостатки. – Я продолжал смотреть на него, не отводя взгляда. – Ванда, вон, на практике после первого курса ведьму топором зарубила и ни разу по этому поводу не раскаялась. Ты после всего этого какой реакции от нас ждал? Правда, мог бы просто сразу сказать, чтобы ни ты, ни мы идиотами не выглядели.
Я говорил правду. Эта информация меня действительно ни капли не трогает. Наверное, я, как и Ванда, подсознательно был к чему-то подобному готов. Именно поэтому мы никак не могли понять, что именно нас тревожит. Зато теперь поведение всех глав Гильдий, с которыми я общался, стало понятно. Они, поди, думали, что я над ними издеваюсь. Не слишком хорошо получилось. А вот Ромка явно переживал за то, что мы о нём подумаем. Наверняка ждал, что наше к нему отношение как-то изменится.
– Что Ванда сделала? – Рома перевёл шальной взгляд на девушку.
– Я же не специально, – она развела руками. – И вообще, она сама виновата. Не надо было меня толстой уродиной называть.
