Почему-то Эд предпочитал использовать для переговоров именно гостиную. В кабинет он заходил редко и никогда в нём не задерживался. Уж не знаю с чем это связано, но вот так. Не удивлюсь, если узнаю, что именно с кабинетов начинались всевозможные пожары, наводнения, и что он там дома устраивал периодически.
Совещание длилось часа два. Я не то что далеко не уходил, я болтался по коридору перед гостиной, изнывая от любопытства. Егор стоял неподалёку. Подпирая спиной стену, он читал какую-то очередную книгу. Ванда сидела на низкой скамеечке и рассматривала изумруд из своего колье. Наверное, пыталась разглядеть номер, и вообще понять характеристики камня, по которым воры вычислили, что это именно тот самый камень из давно и тщетно разыскиваемой коллекции.
Дверь в гостиную приоткрылась, и я услышал немного напряжённый голос Эдуарда.
– Ваня, пойми, именно так будет лучше всего. И нет, я тоже не хочу рисковать Димкой, но, так будет правильно.
Мы все встрепенулись и переглянулись, а в коридор выглянул Рокотов. Посмотрев на меня, кивком пригласил войти. А вот Ванду с Егором в гостиную не пустили.
– Идите, займитесь чем-нибудь полезным, – сказал им Иван. – Тренировки сегодня и завтра не будет. Скоро мы снова уедем, но на этот раз ненадолго.
Сказав это, Рокотов закрыл дверь перед носом Ванды, и повернулся к нам.
– Дима, садись, разговор может затянуться, – Эдуард, стоявший возле окна в своей любимой позе, заложив руки за спину, повернулся ко мне. – Ваня, введи Диму в курс дела, я пока ещё немного подумаю.
– Если вкратце, – полковник посмотрел на меня с некоторым сомнением, но тем не менее начал давать инструктаж. – На севере Джибути происходят непонятные вещи. Довольно большая банда каких-то отморозков терроризирует местное население. Они не просто нападают и грабят, они убивают. Убивают жестоко, применяя просто изуверские пытки. При этом ни возраст, ни пол жертв не имеют для них никакого значения. Немногие выжившие находятся в шоке, и из их бреда можно выделить только упоминание о каких-то демонах.
– Джибути – это где-то в Африке? – нахмурившись, уточнил я, воспользовавшись незначительной паузой.
– Да, в Африке, – кивнул Рокотов. – Эрили дали довольно любопытную карту вероятности. Скорее всего, эта банда не такая уж спонтанно образовавшаяся. Готовится очередной переворот, и будущий диктатор решил таким образом запугать местных, чтобы не смели даже пикнуть.
– Довольно разумная тактика, надо сказать, – хмуро сказал Эдуард. – Грязная, отвратительная, но действенная. Так что я согласен с выводами эрилей. Ни одна самая отмороженная банда не будет колесить по стране и совершать страшные убийства просто ради любви к убийствам.
– Руководство страны выслало подряд две роты своего Легиона для проведения разведки. – Продолжил Рокотов. – Они исчезли. Бесследно. Конечно, эти ребята были не так подготовлены, как мы, но и они кое-что могли. Президент Джибути умный человек. Он заключил контракт с «Волками», на взятие хотя бы командиров живыми. Остальных можно в плен не брать, – добавил он жёстко. – У меня в подразделении много магов. В том числе и в разведке. Мы вычислили местонахождение этих тварей и частично зачистили их. Но большая часть укрылась в крупном посёлке, и вот здесь начинаются те странности, о которых я говорил в самом начале.
– Они настолько опасны, что вы вынуждены были сами принять участие в их отлове? – тихо спросил я, глядя на Рокотова.
– Да, они действительно опасны. Я уже потерял четверых отличных ребят, и больше терять не намерен. – Полковник потёр шею, а затем продолжил вводить меня в курс дела. – Самая главная странность заключается в том, что нам точно известно местоположение их убежища. На всех картах там обозначен посёлок. Вот только подойти ближе, чем на полкилометра, мы не можем. Как будто на какую-то стенку наталкиваемся. Мои маги только руками разводят. Эта стена похожа на защитный купол, но их не бывает таких громадных размеров! Я не представляю, сколько энергии требуется, чтобы его поддерживать.
– Это какой-то артефакт Лазаревых? – я перевёл взгляд на Эдуарда.
– Это точно какой-то артефакт, но он не Тёмный, – покачал головой Эд. – Иван прав, чтобы прокормить такого монстра нужно огромное количество энергии. Склонностью к подобному гигантизму в моё время страдали Штейны и Клещёвы. Последние так вообще через одного были с самомнением до небес, и критично скромной самооценкой. Как их бедных не разорвало от внутренних противоречий, только богам известно.
– Вот поэтому оппозиция в лице очередного Клещёва вызывает лично у меня мучительную почесуху. Он же как блоха мечется, с одного дела на другое перескакивая, – я поморщился. Громов слишком много времени уделял Клещёву. Настолько много, что одно его имя у меня вызывало изжогу.
