— Да что ты говоришь! Продержалась она! Сдохла поди сразу! Как ты здесь очутилась вообще? И где это мы? — Веста от неё не отставала.
— Дура! — Шейра прошипела что-то ещё более обидное. — Это был Охотник. Мы у него в плену.
— Охотник? — Веста сразу прижала уши. — Чего ты тогда от меня ждала? Какого чуда?
— Девочки, спокойно! — подошёл я к ним. — Обе! Итак, Веста, добро пожаловать и приятно познакомиться. Вам сегодня повезло погибнуть не бездарно, а пополнить собой коллекцию Охотника. Охотника, который не приемлет рабство, должен заметить. И с теми, кто встаёт на путь исправления и служения, я стараюсь поддерживать хорошие, дружеские отношения. И да! Я сильнее вас обеих вместе взятых, и мог бы заставить вас служить и без всех этих плясок. Но я хочу, чтобы вы служили мне добровольно. Пусть даже и по праву силы, но по своей воле.
— А если не согласимся, посадишь в клетку? — огрызнулась Шейра. — Где же здесь свобода воли?
— Могу отпустить на перерождение, — пожал я плечами. — Вы не злобные монстры, мечтающие уничтожать миры. Просто большие кошки. Не хотите веселья — идите на все четыре стороны.
Говоря это, я постарался вложить в слово «веселье» тот же смысл, те же образы, что до этого подсмотрел у Шейры.
— Хм, веселье, говоришь? — Веста улеглась на песок, скрестив передние лапы. — Так-то да, весело было. Правда, недолго.
— Мне тоже понравилось смотреть, как ты скакала, — язвительно прокомментировала Шейра.
— Давайте вы потом между собой обсудите, кто как скакал и кувыркался, — остановил я пантер. — А сейчас я жду от вас ответ. Или беспрекословное подчинение моим приказам по праву силы, или очистительный огонь и до свидания.
— Ты победил Весту в честном бою, — Шейра склонила голову. — Я остаюсь и подчиняюсь. Стану сильнее — брошу тебе вызов.
— Я тоже остаюсь, — вторая кошка выпустила и спрятала когти. — Ведь сгореть в огне я всегда успею?
— А что с выполнением приказов? — уточнил я.
— Право силы, — Веста склонила голову. — Я сделаю всё, что ты прикажешь, Охотник.
— Договорились, — кивнул я им. — Всё, отдыхайте, развлекайтесь, только не шумите сильно. А то здесь такие монстры водятся, что отшлёпают вас, как котят, если будете шкодничать.
— Это правда? — Веста повернула голову к сестре.
— Правда, — хмуро буркнула та.
ㅤ
После «знакомства» с Вестой мы двинулись дальше. И следующие шесть часов всё работало, как отлаженный конвейер.
Я выпускал вперёд Тьму, вытягивая жизнь из всего, до чего мог дотянуться. Следом шёл огонь, при необходимости подпитываемый мной, драконами, вивернами, инфернами и остальными пирокинетиками. Горело всё, что могло гореть, а что не могло — то обугливалось или плавилось.
Мне уже даже не приходилось выпускать на поле боя новых монстров — хватало имеющихся. Так что и две мои новенькие — радужные пантерки — сидели в Океане Душ и не отсвечивали.
Вслед за Тьмой, огнём и призванными монстрами шли инферны и остальные.
Моя команда, включая даже новеньких, справлялась отлично.
Аня использовала магию земли, чтобы на бегу останавливать огромных монстров, которых тут же убивала Ариэль. Прыжок, удар, отскок — и Ариэль, прихватив Аню, телепортируется уже к следующей цели.
Похожей тактики придерживались и Нага с Володей. А вот Лиана и Могрим, хоть и держались поблизости, действовали каждый сам по себе.
В команде Жихарева все работали сообща. Как обычно, Евгеныч прикрывал всех щитами, ими же и монстров останавливал, а остальные благополучно добивали. Поэтому на них был относительно небольшой участок линии наступления.
Больше всех, конечно, отличились инферняшки. Возможно, потому что их намного больше. Они перемещались короткими прыжками, телепортируясь из одной схватки в другую. Бегали мало — и держались на ногах, конечно, только благодаря благословению Лексы.
Для остальных это контрнаступление превратилось в один сплошной, непрекращающийся марш-бросок. Километры сильнопересечённой местности в свете фонарей, магической подсветки и стены огня прямо по курсу. Километры, перемежающиеся схватками с монстрами, складывались в десятки километров.
Лекса сидела в своём кресле, уже не открывая глаз. Только шевелила губами, что-то беззвучно шепча. Каждое благословение — как нить, протянутая от неё к бойцу. И она держала сейчас эти нити, не давай усталости взять верх над сотнями людей, инферн и прочих разумных.
Следя через спутники за картой, я начал потихоньку загибать фланги, специально придерживая центральное направление.
Около четырёх часов утра позвонил генерал Ульрайх и сообщил, что прорывы полностью прекратились по всей линии обороны.
— Артём, должен сказать, — с каким-то непривычным для него трепетом добавил Кристиан, — эта операция «Огненный шквал» непременно войдёт в учебники истории!
Ну-ну. Удачи с анализом, — улыбнулся я про себя.
Время шло. Километр за километром мы продвигались к городу. К дневным двадцати километрам добавились ещё ночные пятьдесят пять.
