Странно, как работает мозг; при упоминании обуви Фрейе вспомнилось, что говорил накануне Фергюс о теле Олы. Туфли сверху. Леггинсы порваны. Нижнего белья не обнаружено.
На голове пластиковый пакет, череп расколот вдребезги.
Ее пробрала дрожь.
В дверном проеме в конце коридора появился Алистер.
– Если ты пытаешься решить, остаться тебе или уйти, позволь мне не останавливать тебя. Ты можешь уйти тем же путем, каким пришла.
Она последовала за ним в гостиную, освещенную лампой и колеблющимся пламенем огня в камине. Окна выходили на посыпанный гравием передний двор и холмистый ландшафт, простиравшийся до вершин скал. Океан шумел неподалеку, и Фрейя могла разглядеть его даже в сгущающейся темноте. Белые барашки набегающих волн, черные точки кружащих над водой глупышей. На стене висел включенный телевизор – источник голосов, как догадалась Фрейя. По одному из круглосуточных каналов показывали новости, сюжет о стрельбе на западном побережье США. Убийство пожилого бизнесмена на Оркнейских островах никогда не привлекло бы столько внимания, какой бы редкостью ни было.[55]
В центре комнаты на большом ковре кремового цвета стояли три мягких дивана с журнальным столиком из темного дерева посередине. В воздухе пахло поленьями, полыхающими в камине, и хвоей от высокой рождественской елки в углу. Алистер осушил свой бокал и подошел к шкафчику из красного дерева у дальней стены.
– Выпьешь? – предложил он.
– Нет, спасибо.
– Уверена? У меня здесь есть местное виски с твоим именем, «Хайленд Парк Фрейя». Когда-нибудь пробовала? Пятнадцатилетней выдержки, четыреста фунтов за бутылку, но оно кажется подходящим случаю, не так ли?
– Из-за имени или потому, что тебе нравятся пятнадцатилетние?
Он ухмыльнулся, когда оглянулся через плечо. Ее колкость задела его не так, как надеялась Фрейя. Это была игра, несомненно, хорошо знакомая Алистеру, и он знал, как в ней победить.
– Осторожнее, Фрейя, – сказал он. – Может, я больше и не твой работодатель, но все еще не тот, кому можно перечить.
Алистер жестом пригласил ее присесть на один из диванов, что она и сделала. Он присоединился к ней, устроившись на диване напротив. Хотя она отказалась от его предложения выпить, он принес с собой два тумблера с золотисто-коричневой жидкостью и подвинул один из них по гладкой поверхности стола к Фрейе.
Алистер бросил взгляд на телевизор.
– О Грэме нигде ни слова. Эти репортеры, похоже, не продвинулись так далеко, как ты. Может, тебе стоит попробовать пробиться в эфир на этих новостных каналах, а?
Мужчина рассмеялся собственной шутке. Фрейя промолчала.
Он потянулся за пультом дистанционного управления и выключил телевизор.
– Кстати, если ты пришла умолять вернуть тебя на работу, можешь забыть об этом.
– Я здесь не по этому поводу.
– Тогда чего ты хочешь?
– Предложить тебе кое-что.
Он снова рассмеялся, на этот раз более хрипло.
– Серьезно? Что ж, теперь ты меня заинтриговала. И что же ты хочешь мне предложить?
– Защиту.
– Понятно. – Он усмехнулся и кивнул. – И полагаю, ты готова предложить не распространять всю ту отвратительную чушь, что несла в редакции. Теперь, когда мы одни, я не стану ничего отрицать. Возможно, даже немного пооткровенничаю с тобой. Все это время у тебя в кармане включен магнитофон, не так ли?
– Мы не в восьмидесятых. И пользуемся не магнитофонами, а телефонами.
Она достала из кармана мобильник и показала, что запись не ведется.
– Откуда мне знать, что у тебя ничего не припрятано под пальто? – спросил он. – Этот балахон вообще снимается? Я никогда не видел тебя без него.
Фрейя расстегнула молнию и вывернула карманы, вытаскивая нераспечатанное письмо, которое пролежало там уже несколько дней. Слегка распахнув пальто, она вывернула и внутренний карман.
Лицо Алистера вытянулось. Она сбила его с толку – он полагал, что она пришла с намерением записать разговор, настолько очевидным казался этот план, – но теперь, когда понял, что у нее на уме нечто другое, уверенности в нем поубавилось.
– Что это? – спросил он, указывая на конверт.
– Ничего, о чем тебе стоило бы беспокоиться. – Фрейя сунула конверт обратно в карман.
Алистер откинулся на спинку дивана.
– Так в чем же суть игры? Если ты здесь не для того, чтобы вывести меня на чистую воду, тогда что?
– Как я уже сказала, я здесь, чтобы предложить тебе защиту.
– От кого?
– От Скотта Коннелли.
Удар достиг цели. Румянец сошел с его разгоряченных виски щек.
Фрейя продолжила.
– Он использовал меня, чтобы попытаться найти тебя и твоих дружков. И поскольку теперь я знаю, где ты живешь…
Она оборвала фразу на полуслове.
Алистер заглотил наживку.
Она увидела, как в его глазах вспыхнул огонь.
– Ты хочешь сказать, что это Скотт убил Грэма? И ты привела его туда?
– Он сам нашел Грэма, теперь охотится за остальными. Вот почему он отправил меня на поиски тех фотографий, которые ты украл. Он знал лица, но нуждался в именах.
