Пока Анна Николаевна говорила, я, поймав взглядом одну из искорок огня, вдруг понял, что стоит мне захотеть, и она перемещается вместе с моим взглядом. Сосредоточившись, направляя потоки энергии, я собрал зудящий жар в одном месте и усилием повел его по руке, к ладони.
При этом я морщился от усилия и боли, но остановится уже не мог. Княгиня, замолчав на полуслове с открытым ртом, наблюдала как над моей поднятой ладонью колышется жаром воздух, а после загорается совсем маленький огненный шарик. Вся чужая магическая энергия выходила из меня, словно вытаскиваемый стоматологом больной зуб. Нет, даже как спица из руки после сложного перелома. Еще несколько секунд, и у меня над ладонью висел шар живого огня размером с теннисный мяч.
Пламя обжигало, и я сморщился от боли, чувствуя, как жжет покрасневшую, уже покрывшуюся волдырями кожу ладони. Княгиня быстро сделала шаг вперед, и забрала с моей ладони живой огонь, который моментально истончился, исчезая в ее руке усвоенной энергией.
– Что-то не так? – сиплым голосом поинтересовался я, углядев во взгляде княгини, как мне даже показалось, капельку безумия. – Все хорошо? – добавил я.
– Все просто отлично, Алексей, – вернулась к состоянию невозмутимости Анна Петровна. – Все просто замечательно, за исключением одной вещи: то, что ты только что продемонстрировал, считается невозможным.
– Ага, – только и кивнул я, соглашаясь. – Простите, а попить есть что-нибудь?
О том, что «это невозможно» я уже где-то слышал. Когда Анастасия поднесла мне бокал с водой – судя по форме предназначенный для мартини, и я сделал несколько глотков, в голове немного прояснилось. Сразу вспомнил, что о «невозможном» слышал от фон Колера совсем недавно.
Вновь изогнувшись, посмотрел на предплечье, пытаясь заглянуть еще и на лопатку. Кожу по-прежнему покрывала подсохшая корочка раны, в трещинах которой розовела сукровица и набухали алые капельки крови. Вот только жжение ушло вместе с огнем, и теперь со мной осталась лишь саднящая, вполне обычная боль.
– Анна Николаевна.
– Да-а… – протянула она.
Княгиня уже полностью пришла в себя и выглядела в точности, как и в самом начале нашего разговора. Оказавшаяся за спиной Анастасия также спряталась в скорлупу ментальной защиты, и я теперь даже не чувствовал ее присутствия.
– Спасибо, – сказал я совсем не то, что хотел сначала.
Отвечать Анна Николаевна стала. Она лишь улыбнулась показательно-холодно, едва-едва кивнув. Ну да, это было дорого и эксклюзивно, понятно все. Через несколько мгновений я наткнулся на недоуменный взгляд княгини. Не могу понять, что она от меня хочет, притом смотрит так, словно я сейчас реально накосячил… а ну, да.
– Анастасия, – обернулся я к девушке, которая совсем недавно сидела на полу, положив мою голову себе на ноги. – Благодарю вас за помощь.
Юная княжна в ответ на мои слова даже бровь не повела, разглядывая родовой герб на стене. Ну да, предсказуемо. Правда, ее безразличие выглядело бы гораздо внушительней, если бы не тронувшие скулы пятна румянца.
– Анна Николаевна, – снова заговорил я, возвращаясь в потерявшейся было мысли. – Скажите, вы незаметно для меня вызвали сюда Анастасию. Сможете также позвать моего мастер-наставника Мустафу?
– Ты хочешь поговорить с ним по поводу барона?
– Да, – просто ответил я.
Княгиня в этот раз обошлась без тайных способностей. Она просто достала таблетку ассистанта и активировав ее, несколькими легкими жестами что-то написала на экране проекции планшета.
– Мустафа будет ждать тебя в гостевом доме, в саду.
Снова кивнув, я попятился было к двери. Только открыл было рот для очередного дежурного «спасибо», знаменующего прощание, как щелкнул замок и в проеме двери я увидел знакомого уже молодца из охраны поместья.
– Вас проводят. Если доживете до завтрашнего дня, жду на семейном ужине, – перейдя на прежний официальный тон, неожиданно позволила себе шутку Анна Николаевна. – Нам надо многое обсудить, – вновь голос ее стал холодно серьезен.
До сада я не дошел. Дорогу нам с сопровождающим преградил фон Колер, расположившийся на выходе из коридора. Барон взглядом попросил молодца из охраны отойти в сторонку. Тот напрягся, почему-то посмотрев на меня, и я кивком подтвердил. Подойдя ближе, барон поднял руку и над нами повисла полупрозрачная полусфера, отсекающая свет и звуки окружающего мира.
Глядя на фон Колера, я ожидал самого худшего. Но вдруг с изумлением понял, что передо мной сейчас стоит самый настоящий усталый старик.
– Максимилиан Иванович, а сколько вам лет? – неожиданно для самого себя поинтересовался я. Профессор не ответил, но криво усмехнувшись выпрямился и старческая безнадега в его позе, осанке и мимике пропала.
– Алексей Петрович, вы сейчас хотите встретиться с Мустафой, чтобы он вывел вас на Демидова, а тот помог вам избавиться от меня в своем окружении? – ровным голосом произнес барон.
– Если честно были такие мысли, – кивнул я.
– И вы собрались это делать, не переговорив перед этим со мной, – удивленно поднял бровь фон Колер.
