– Даже не сомневаюсь, – Сидоний всмотрелся во тьму над их головами. – И она тоже это знает. Мия предназначена для большего, чем отмщение. Так было всегда.
– Она кажется напуганной.
– Да, – вздохнул итреец, качая головой. – Но это ненадолго.
– Я не могу пойти с вами. С этой рукой вам от меня меньше проку, чем священнику от яиц, Сид.
– Так сражайся другой рукой, – ответил он, вновь глядя на нее. – В борьбе главное не сталь. А сердце. Ум. Воля. Ты на голову и плечи выше других по всем трем пунктам. И не хочу развеивать твои иллюзии об итрейском духовенстве, но я шесть лет был люминатом, Мечница. Яйца священникам приносят гораздо больше пользы, чем ты полагаешь.
Мечница улыбнулась и покачала головой.
– Ты хороший человек, Сид.
Итреец рассмеялся.
– Что, только заметила?
Мечница окинула его взглядом с головы до пят. Исполосованный боевыми шрамами и надежный, как сталь. С симпатичными голубыми глазами и юношеским очарованием, которое не смогли бы скрыть даже все шрамы в мире.
– Похоже на то, – тихо ответила она.
Двеймерка подлила им вина и задумчиво вытянула губы трубочкой.
– Если Мия прислушается к совету этого сумасшедшего библиотекаря и отправится на поиски проклятой Короны Луны, ты же понимаешь, что мы скорее всего умрем?
– Да, наверное, – Сидоний пожал плечами и поднял чашу. – Но что тут поделаешь?
Мечница залпом осушила свою.
– Ну, раз уж мы все равно скоро умрем… как насчет урока гребли?
– …Гребли?
Женщина вскинула бровь и многозначительно опустила взгляд ниже пояса. И, взяв чашу и кувшин с вином, откинула назад свои дреды и встала.
– Ты идешь?
До Сидония, похоже, наконец дошло. Итреец отложил книгу, отодвинул стул и одарил ее коварной улыбкой.
– Дамы вперед.
– Гм-м. Это мы еще посмотрим, Арбалетчик Сид.
– Я настаиваю, ми донна.
И действительно настоял.
Мия ни о чем не думала.
Она ждала в своей бывшей комнате, уютно устроившись под меховым одеялом и грудой подушек. Спальню освещал мягкий свет аркимической лампы. Тишина, сменившая песню хора, казалась бесконечной. От сигариллы, зажатой между пальцами, поднималась тоненькая струйка дыма. Это была уже пятая за час, остатки предыдущих жертв собирались горкой в пепельнице рядом с кроватью. Мия прижала сигариллу к губам и глубоко затянулась, пытаясь не думать о читальне. О Короне Луны. Об Элиусе. Скаеве. Наив. Мяснике. Эклипс. Бедном малыше Йоннене.
«Нет».
Нет, она не думала о них. Мия просто лежала в кровати, курила и ждала свою девушку. Из-под длинных черных ресниц наблюдая за дверью. Но песок в часах рядом с ней медленно сыпался, а Эшлин все не возвращалась из купальни. Мия уже начинала думать, что она отправилась спать в свою бывшую комнату в крыле аколитов.
Ей не хотелось проводить эту неночь в одиночестве.
А затем дверная ручка повернулась, и вошла ее девушка. И тяжесть с плеч Мии тут же сняло как по магике.
Волосы Эш были влажными после ванны, потемневшие локоны струились по плечам. На ней была черная шелковая сорочка, лоб омрачала морщинка, и, закрыв за собой дверь, она одарила Мию лишь мимолетным взглядом. Ее глаза были затуманенными, встревоженными и того же оттенка, что море во время бури. Но сердце Мии все равно забилось быстрее от ее вида. Она наблюдала, как аркимический свет играет на коже Эшлин, изучала глубокие тени, мягкие изгибы и ноги, длиной до самых небес.
– Ну здравствуй, красавица.
Мия попросту откинула меховое одеяло. Под ним она была почти голой. Длинные пряди струились черными реками по ее плечам и бледной коже. С губ сорвался завиток дыма. Вокруг ее талии была завязана лента из теней – милый бантик, не оставляющий простора воображению.
– Нравится? – улыбнулась Мия, проводя пальцами по бархатной черноте. – Последний писк моды. Его носят только лучшие донны.
Эшлин окинула ее взглядом с головы до пят.
– Выглядит прохладно.
Мия провела руками по своей груди, животу, спускаясь все ниже, и сжала их между ног. Ее спина слегка выгнулась, дыхание стало томным.
– Нет, тут тепло, Эш, – пробормотала она. –
Мия не хотела думать. Только чувствовать. Только трахаться. От одной мысли об этом ее пульс участился. О том, как она толкнет Эшлин на меха, и они отымеют друг друга, останавливая шестеренки, кружащиеся в ее голове, заглушая все вопросы и просто…
Но Эшлин не двигалась. Не отходила от двери.
– Подойди ко мне, милая, – прошептала Мия, раскрывая свои объятия.
– Нет, – ответила Эш.
– Пожалуйста… Я
Ваанианка просто покачала головой.
– Ты не меня хочешь.
– Как ты можешь…
– Ты просто хочешь избежать разговора, Мия.
Та посмотрела в глаза своей девушке. В ее груди расцвела крошечная искра злости.
– И о чем мы с тобой должны поговорить, Эшлин?
– О, даже не знаю, о цене на девственниц в Ваане? – Эш возмущенно взмахнула рукой. – А ты,
– Элиус хочет, чтобы я восстановила равновесие между Ночью и Днем.
– Потому что ему самому не хватило силенок!
