Темный рассвет полностью

– МЫ МОГЛИ БЫ ОТПРАВИТЬСЯ В ПУТЕШЕСТВИЕ ПО СУШЕ, – предложил он. – ПОЙТИ НА ВОСТОК ВДОЛЬ ПОБЕРЕЖЬЯ. ПОПРОСИ КОРЛЕОНЕ ОБОГНУТЬ СЕВЕРНЫЙ МЫС БЕЗ НАС, ЧТОБЫ ИЗБЕЖАТЬ ГНЕВА ЛЕДИ. МЫ ВСТРЕТИМСЯ С НИМИ В АМАЕ. ТОГДА ПУТЕШЕСТВИЕ ЧЕРЕЗ МОРЕ СОЖАЛЕНИЙ В АШКАХ ЗАЙМЕТ ВСЕГО НИЧЕГО. КОНЕЧНО, МЫ ТАК ИЛИ ИНАЧЕ РАЗГНЕВАЕМ БЛИЗНЕЦОВ, НО НЕДЕЛЯ В ПУТИ ЛУЧШЕ, ЧЕМ ТРИ.

Мия покачала головой. Она пока не решила, верить ли ей в этот бред о богах и богинях. Но, похоже, божества все решили без нее, и на Мию вдруг снизошло болезненное озарение, каково это, когда против тебя настроено трио богинь.

– ЧЕМ БЛИЖЕ ИСТИНОТЬМА, – начал Трик, словно прочитав ее мысли, – ТЕМ ТЫ МОГУЩЕСТВЕННЕЕ. САМА ЗНАЕШЬ.

Мия кивнула, вспомнив силу, которой она обладала во время Резни в истинотьму. Как она прыгала по теням Годсгрейва, словно девочка по лужам. Как по ее прихоти жидкая тьма разрушила статую Аа у Гранд Базилики. Одной Матери известно, на что она будет способна сейчас, став постарше, и с осколком Фуриана, влившимся в нее.

Мия все чувствовала. Как солнца опускались к горизонту – медленно, но неминуемо. Как тьма внутри нее укреплялась. Ускорялась.

Тени за своей спиной, дожидающиеся момента, когда они смогут раскрыться в гаснущем свете.

– НО СЕЙЧАС ТЫ УЯЗВИМА, – продолжил Трик. – И ИМЕННО СЕЙЧАС ОНИ ПОСТАРАЮТСЯ НАНЕСТИ УДАР. МЫ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОСТОРОЖНЫ. СУША – НАШ ЛУЧШИЙ ВАРИАНТ.

Мия вздохнула, но кивнула.

– Ладно. Я предложу Корлеоне встретиться в Амае. Уверен, что без нас они будут в безопасности на борту?

– КОГДА ДЕЛО КАСАЕТСЯ БОЖЕСТВ, НИ В ЧЕМ НЕЛЬЗЯ БЫТЬ УВЕРЕННЫМ. НО ИХ ЦЕЛЬ ТЫ, МИЯ. В ГЛАЗАХ АА ТОЛЬКО ТЫ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ УГРОЗУ.

– Полагаю, нам придется купить лошадей, – Мия насупилась и сплюнула на палубу. – Ненавижу, блядь, лошадей.

Трик улыбнулся, на бледной щеке проступила ямочка.

– Я ПОМНЮ.

Она посмотрела на него. Ее голос был не громче шепота на ветру.

– Что еще ты помнишь?

Трик наклонил голову, и от его взгляда в ее груди заныло.

– ВСЕ.

– Какие новости, Ворона?

Мия повернулась и увидела за спиной Сидония с Мечницей. Волнозор и Брин стояли по правому борту, мужчина показывал ваанианке на город и вкратце рассказывал об основных достопримечательностях. Над перилами позади них согнулся Мясник, пытаясь опорожнить совершенно пустой желудок. Мечница поглядывала на Трика с нескрываемым подозрением, и Мие стало любопытно, что бывшая почти-жрица думала о присутствии безочажного в их компании. Но взгляд Сидония был сосредоточен только на Мие.

– Нам придется продолжить путешествие по суше, – ответила она. – А новости, которые мне на хрен не сдались, такие: помимо духовенства Аа, люминатов, итрейского легиона и Красной Церкви, теперь, судя по всему, мной недовольны еще и Леди Океанов и Леди Бурь.

– Думаешь?.. – выдавил Мясник. – Я выблевал оба… легких и одно яичко с тех пор, как мы с-сели на это гребаное ведро с д-дерьмом.

– Следи за языком, хорек обоссанный, – раздался голос. – Или я отрежу тебе второе яичко.

Большой Джон хмуро окинул взглядом бывшего гладиата, уперев руки в бока. Старший помощник и его капитан подошли к группе на носу «Девы», корабль тем временем подплывал к Городу портов и церквей. Большой Джон промок насквозь и покрылся соленой коркой, из уголка его рта торчала трубка из кости драка. Корлеоне, в свою очередь, выглядел измученным после недели непрерывной борьбы со штурвалом, одежда липла к нему, как мокрая шерстка к крысе. Но в глазах мужчины по-прежнему сиял огонь.

– Мне послышалось, или вы покидаете нас? – спросил он у Мии.

Девушка кивнула.

– Временно. Наше присутствие на борту подвергает вас опасности.

– Херня. Это и бризом было сложно назвать, – Клауд топнул ногой по палубе. – Моя «Дева» надежнее почвы под вашими ногами.

– Хотя бы позови кого-нибудь осмотреть гребаную фок-мачту, – проворчал Большой Джон. – Трещина в ней глубже, чем ложбинка между грудей моей тетки Пенталины. Трюмные насосы пыхтят, как трехногие струпопсы, и у нас хрен моржовый, а не мозги, если мы не заделаем повторно…

– Знаешь, – со вздохом перебил Клауд, – для мужика, у которого хер как у осла, ты поразительно напоминаешь ворчливую старуху.[17]

Большой Джон хихикнул, зажав трубку в серебряных зубах.

– Кто тебе сказал, что у меня хер как у осла?

– Твоя мать разговаривает во сне.

– Дальше мы пойдем по суше, – улыбнулась Мия. – Этого времени хватит с избытком, чтобы починить корабль и доплыть до Амая к нашему прибытию. – Она посмотрела на Трика. – Так безопасней для всех.

– ДА.