— Конечно, нет.
Младшая сестра Роберта вылезла наружу, сев по-турецки на кровати. На ней была лишь детская сорочка по пятки и ничего больше. Малышка встряхнула головой, и белокурые кудряшки рассыпались по миловидному личику.
— А Роберт знает, что ты здесь? — первой спросила девочка.
— Нет, — я заулыбалась. — Может, это будет нашим секретом?
Пропустив мимо ушей мое предложение, Александрина заявила:
— Мама сказала не высовываться на улицу, когда ты у нас, и запретила впускать посторонних.
— По-моему, она чересчур строга к тебе. Ты еще совсем ребенок.
— Я опасна.
— Погляди, — я развела руки в стороны, — я рядом и, заметь, живая.
— До тех пор, пока я не вышла из-под контроля.
— Я не совсем уверена, как работает твоя способность, но точно знаю, что, покуда ты не пожелаешь кого-то убить, не произойдет ничего страшного.
— Или выпить крови, — добавила Александрина.
— Но ты же не голодна.
— Да. Однако тогда ты так аппетитно пахла, я не могла удержаться.
Я сглотнула слюну.
— А сейчас каков мой запах?
— Очень много травы, — девочка сморщила носик, — я не ем траву.
Я снова расхохоталась. После боя с Робертом на чистой одежде остались пятна зелени, грязи и пыли. Неудивительно, что малышка морщится.
— Ты торчишь дома днями и ночами в полной темноте, — сказала я, — может быть, откроем шторы?
— Нет! Стефани пока еще не сделала мне защитную татуировку, поэтому солнце убьет меня, если я высунусь до заката на улицу.
— Тебе скучно тут, верно?
Малышка пожала плечами.
— Иногда бывает, но у меня много игрушек, да и Стефани приходит, чтобы учить меня колдовству.
— Это не развлечение, — возразила я, вставая на ноги. — Так. А давай построим на кровати шалаш, в котором можно сидеть?
— Самый настоящий?! — восхитилась Александрина.
— Самый настоящий.
Малышка вскочила и принялась прыгать на пружинистом матрасе:
— Ура! Давай, давай!
Мы стянули с кровати все одеяла, оставив один матрас, затем я построила баррикаду из подушек и натянула простыню на изголовье, зажав ее подушками. Получился маленький домик, в котором мог поместиться прямо сидящий человек.
— Как классно! — захлопала в ладоши маленькая Алекс.
Я прихватила фонарик, и мы залезли вовнутрь.
— Смотри! — сказала я и посветила фонариком себе в лицо, создавая тени под глазами.
— У-у-у, — протянула Алекс, прикрывая рот рукой, чтобы не рассмеяться, — ты героиня ужастиков!
— Ага, точно.
Девочка улеглась на живот, уткнувшись кулачками в щечки.
— Расскажи о себе, — попросила она, что стало для меня полной неожиданностью.
— Что именно?
— Ну, что-нибудь интересное.
Я и начала говорить ей о том, как с подружкой в первый раз самостоятельно отправилась в торговый центр и заблудилась там, найдя кучу приключений, а после пошли поесть пиццу.
— А пицца, — Александрина произнесла это слово по слогам, — вкусная?
— О, это самое лучшее, что мог приготовить человек! — закивала я. — Она теплая с восхитительным ароматом и просто тает во рту.
— Как вторая положительная? — вставила Александрина.
Я не сразу поняла, о чем она говорит.
— Не знаю, — застенчиво проговорила я, — я не пробовала.
— Ой! — Алекс закрыла рот.
Девочка показала, как искусно владеет магией: призвав маленький светящий оранжевый шарик, который опустился на ладонь, подпрыгивая каждый раз, когда Александрина махала рукой. Далее я учила Александрину рисовать зверей и цветы. У нее неплохо получалось. Она подарила мне картинку с изображением нашей семьи. Там были все: и Скотты, и Оуэны, и я, держа за руку Роберта и Александрину. Секунды сменялись минутами, и малышка стала время от времени зевать. Я убрала карандаши и накрыла ее теплым одеяльцем.
— Хочешь, я расскажу тебе сказку? — спросила я, гладя ее по волосам.
— Угу. Но я знаю все сказки, которые мне читала мама.
— А «Хроники Нарнии» она читала?
— Нет, а что это?
— Сейчас расскажу.
Я устроилась удобнее и начала сказку волшебными словами:
«Жили-были на свете четверо ребят, их звали Питер, Сьюзен, Эдмунд и Люси…»
Александрина слушала молча, сладко зевая, а я, как заботливая мама, гладила ее волосы и так увлеклась, что и не заметила, как сказка подошла к концу.
— Челси, — сонным голосом позвала девочка, — спасибо, что побыла со мной.
— Я буду приходить к тебе чаще, — заверила я ее. — А теперь спи, дорогая.
И Александрина сомкнула глаза, положив сложенные вместе ладошки под голову, а через пару секунд уже крепко заснула. И мне казалось, что передо мной обычный человеческий ребенок, а вампир с неукротимой силой. Я наклонилась к ней и, поцеловав в висок, ласково прошептала:
— Добрых снов, милая.
Оставив фонарик включенным, я вылезла из «домика» и как раз вовремя, потому что в комнату ворвался Роберт с Элеонор и Стефани.
— Челси! — громко выдохнул он, взволновано поблескивая глазами.
— Тихо! — шикнула я, оборачиваясь к кровати. Убедившись, что Александрина не проснулась, я вытолкала всех в коридор и сама вышла следом, тихо захлопнув дверь. — Можно не кричать? Разбудишь же.
— Зачем ты пошла к ней? — потребовала ответ Роберт, никак не совладея со своими эмоциями.
Элеонор прошмыгнула в комнату.
— Ты не ранена? — поинтересовалась Стефани, оглядывая меня.
