— Хочешь фокус? — И, не дожидаясь ответа, Оуэн тыкнул окурком себе в глаз, словно в сигаретницу. Я обмерла от ужаса. А Адам всего лишь улыбнулся, бросил бычок на тротуар и открыл глаз. Глазница оказалась выжженной и светилась золотистым цветом. Затем он моргнул, и хрусталик опять-таки стал серым. — Правда, классно? Ладно, залезай в машину, а то опоздаем.
Онемев от потрясения, я без лишних слов села в «джип». Когда ехали к школе, на Адама не глядела, и тогда он спросил:
— Ну, ты чего, — парень потормошил меня за плечо, — испугалась? Я ж пошутил.
— Умеешь ты людей смешить.
— Знаю, шуточки у меня немножко неординарные, но было прикольно, да?
— Очень, — саркастически произнесла я. — И как ты это сделал?..
Парень щелкнул пальцами и невозмутимо вымолвил:
— Весьма просто: сигарета выжгла зрачок, а дальше глазное яблоко просто-напросто восстановилось, используя вампирские гены.
Я рот открыла от удивления, вытаращив глаза на сумасшедшего парня:
— И ты не испытывал боли?!
— Ой, брось, Челс! — Адам отмахнулся от моих слов, как от назойливой мухи. — Какая боль?! Я же вампир, такая мелочь не нанесет мне вреда!
— Кстати, — вспомнила я, — ты так и не рассказал мне до конца о суккубах и инкубах.
— Челс! — простонал Адам. — Набери в Гугле «инкуб», и интернет выдаст тебе всю правду о нас.
— Я хочу знать это от тебя. К тому же, в интернете написана не вся правда. И от Роберта я тоже не хочу слышать ни слова.
Адам закатил глаза.
— Ладно, блин, поясню. Но говорю в первый и в последний раз, ибо рассказывать это я не люблю. — Адам цокнул язычком. — Инкубы и суккубы появились много веков назад, едва ли не в одну эпоху с оборотнями и вампирами. Если тебе на пути встретиться инкуб или суккуб, знай, он мой дальний родственник, так как наши общие корни уходят к первой женщине-суккубу и первому мужчине-инкубу, которые дали начало нам. По существу, мы тоже вампиры — питаемся кровью, дабы выжить, — однако, чтобы быть в форме, мы должны еще и питаться душами людей, забирать их жизнь. Это даже хуже чем пить кровь людей, Челс, но я этого не делаю. Раньше, да, было такое, но не теперь. Когда сильно голодны, можем невзначай убить рядом находящегося человека. Я же научился это контролировать, в противном случае ты бы здесь не сидела и не слушала мою печальную историю. Что еще? Ну, мы коварны, эгоистичны, сексапильны — все это дает нам соблазнить своих жертв. В дом без приглашения не можем зайти, потому что это — единственный способ спасти бедных людей. Вот, кажется, и все.
— Ни фига себе! — сорвалось с языка раньше, чем я смогла подумать.
— Такова истина моего происхождения.
— Лично я не считаю тебя плохим, — торопливо заверила я его.
— Это сейчас я паинька, видела ты меня парочку столетий назад, — он невесело расхохотался.
— Ты недавно едва глаза не лишился, — с упреком напомнила я. — После этого зовешь себя паинькой?
В ответ Адам хитро улыбнулся.
Мы причалили к школе. Оуэн плавно обогнул «тойоту» Стефани и припарковался на своем месте, а затем помог мне выйти из машины. Вместе мы примкнули к Габриэлю и Брайану, молчаливо созерцавшим мечущуюся Стефани.
— Почему так долго?! — набросилась на Адама юная колдунья. — Я уже думала, что случилось что-то!
— Пригладь шерстку, Стэффи. Я показывал Челси один фокус, она каплю была поражена.
— Смотря что ты имеешь под словом «поражена», — насупилась я. — Я чуть не сыграла в ящик.
Брайан подошел к нам, обняв за плечи своего сердечного друга.
— Знаю я тебя, твои шутки кого угодно в гроб сведут, — рассмеялся он. — Что на этот раз?
— Всего лишь потушил сигарету в глазу.
Как только он это сказал, на лицах Стефани и Габриэля было написано почти то же самое, что и на моем, когда он показал «фокус». Брайан, похлопав его по плечу, с сочувствием произнес:
— Да, милый, ты явно перегнул палку.
— А что я-то?!
От Стефани я узнала, что Роберт патрулирует окрестности с Альваро и в школе не появится раньше четвертого урока. Опечалившись, я поплелась на математику. На уроках витала в облаках, толком не запоминала, что говорит учитель, и ничего не записывала, на переменах держалась ближе к подружкам, однако невдалеке постоянно находились Скотты.
Четвертым уроком у меня география. Закинув сумку на парту, я опустилась на стул и, положив голову на стол, тяжело вздохнула.
— Где сегодня Роберт? — поинтересовалась Лиан, расчесывая золотистые локоны. — Прогуливает, а?
— Фиг знает, — холодно отрезала я, продолжая лежать.
Лиан прекратила расчесываться, сощурившись, поглядела на меня.
— У вас всё нормально?
— Вполне.
— Тогда почему я слышу вздох отчаяния от девушки, у которой с парнем всё «вполне»?
— Лиан, — я подняла глаза на подругу, — не капай мне на мозги. И без того тошно.
— Ладно.
Лиан перевернулась назад и стала болтать с девчонкой в сиреневой тунике. Я подумала, что она обиделась, и хотела как раз попросить прощения за свою несдержанную грубость, как тут в класс вошел мистер Уотсон, наш учитель географии, попросив минуту тишины. Дети умолкли, в тайне надеясь, что он скажет: «Урока не будет». Однако преподаватель встал перед классом, поправил пиджак и громко произнес:
