— Но потом что-то такое происходит... наверное, с душами. Как будто нечто — назовем это мозгошмыгами — выгрызает их части, как червь яблоко. Или даже нет... ты видел когда-нибудь, как обрезают ветки у яблонь? Вот точно так же то, что не обрезали, идет в рост. Раз-два, и вот люди вокруг становятся ненормальными — думают больше о своем счете в Гринготтсе, чем о том, как блестит серебро. Ну, или считают красоту парня не по его глазам, а по его метле. Так что я тоже заметила, Гарри, не волнуйся. Их таких большинство — мозгошмыги все-таки живут везде.
Поттер понял, какую ошибку он совершил. Спрашивая о ненормальных у Луны Лавгуд, ты получаешь ответ о ненормальных с точки зрения Луны Лавгуд.
— Ну, большинство и мной не сказать, чтобы довольно, — проворчал он. Нет, эти разговоры не доведут его до добра.
— Шутишь? — Лавгуд мягко улыбнулась. — Да они тебя обожают. Ты — это нечто прекрасное и новое с их точки зрения. И я даже знаю, почему.
— Потому, что я слегка ненормален — по их версии — но недостаточно, чтобы пугать? — предположил Гарри.
— Нет, Гарри, — Луна покачала головой, хихикнула. — Потому, что ты гораздо более нормален, чем все они. Или гораздо более болен, если послушать меня. Посмотри на себя — то, чего они добиваются, крича на жену, ты получаешь, крича на Министра. Пока они копят на подержанную метлу, ты копишь на собственную армию. Пока они травят байки за огневиски — ты выпускаешь газету, на которую даже мой отец не нарадуется.
— То есть я больше они, чем они? — Поттер озадаченно покачал головой. — Но погоди, ты говорила, что мозгошмыгов на мне как-то чересчур мало?
— А что им у тебя делать, Гарри? — Луна пожала плечами. — И знаешь, что я иногда думаю? То, что делают с людьми мозгошмыги, они делают лет сорок. А ты уже сейчас, похоже, сделал все это сам.
______________________________________
* Стихи Александра "Вольгаста" Пелевина. Нет, просто однофамилец.
Разумеется, Общий Класс принял шуточки Дианы Картер близко к сердцу — за девицей устроили великолепную четырехдневную охоту. К Диане отнеслись, помня разнос от Поттера, со всей ответственностью: с одной стороны, отказавшись вмешивать Амбридж, девушка сама предоставила противникам лишнюю степень свободы — теперь никто и не думал прятать от нее лица; с другой — на Картер ходили строго тройками и четверками.
Девушка не успевала заново нашивать серебряную букву на форму. Ее выслеживали каждую перемену, таясь только от учителей, обезоруживали и звали Криви запечатлеть Картер со вспышкой. Передохнуть Диана могла только на уроках да в большом зале.
Гермиона, Сьюзи и Чжоу на четыре дня демонстративно прекратили приходить на собрания, Майлз ходил, но сохранял мрачность. Гарри же понимал, что дело заходит слишком далеко, но все никак не мог остановить охоту — наверное, потому, что его самого интересовало, выдержит ли бешеная слизеринка такое. За себя в ее возрасте он бы и ломаного кната не дал.
А Диана держалась. В первый же день в большую перемену засела за горгульями в нише на третьем этаже и держала щит до звонка. На второй день сама начала атаковать всякую слишком тесную группу рядом с собой. На третий — Картер, уже обезоруженную и обездвиженную, гриффиндорцы сами принесли к ее следующему классу. За четыре дня до Пасхальных каникул Диана выбила в ноль очков четверых — в том числе обоих близнецов, издали подорвав у них в руках их новенькие мины с клейкой пеной. Мерлин, да девочка была почти хороша.
Охота кончилась сама — приспели Пасхальные каникулы.
* * *
— ...Итак?
Гермиона, обмахиваясь расписанием экзаменов, обвела взглядом нахохлившихся товарищей. Гриффиндорская гостиная потихоньку полнилась едва закрывающимися чемоданами, вот только пятый и седьмой курсы собираться не торопились — завтра поутру уедут не все.
У камина, пока еще горящего, задумчиво поигрывал палочкой Рон. Невилл, проводив Джинни к лестнице в спальню, только что вернулся и присел рядом. Гарри, чуть в стороне, разбирался с удивленно посвистывающим совенком.
— Я остаюсь, — пожал плечами Невилл. — Нет, Гермиона, ты не подумай — я точно по расписанию иду, без заторов. Но я тут подумал... в общем, — он замялся, — короче, вдруг дополнительные вопросы? Нет, с гербологией-то вывернусь, трансфигурация пугает, — уже привычным обстоятельным тоном закончил Лонгботтом. — Не, останусь. Да.
Гарри прекрасно понимал его сейчас. Милейшая Августа Лонгботтом, конечно, очень не Дурсли, но лишнее время с ней жить все-таки не стоит. Сам он пока что хранил молчание, разворачивая тонкое письмо. Ага.
— Понимаю, — тряхнула гривкой Грейнджер. — Ребята, вообще, Невилл дело говорит. Базовый курс мы со Сьюзи предусмотрели, но если что сверх — это дело только вашего ума и, кстати, старания. Вот.
— То есть сама ты...? — осведомился Рон.
— Да, точно, — Гермиона снова коротко кивнула. — Останусь и попытаюсь вытянуть из профессора Флитвика все, что можно. Я — я вообще-то почти спокойна. Почти, — она раздраженно забросила волосы за уши.
