Демон схватил меч за рукоятку, и вытащил его с неприятным хлюпающим звуком, оросив площадь брызгами черной крови. Он жутко прорычал, заставив меня содрогнуться, и отправив душу в пятки. Я не знал, какой силой эта тварь обладала, и что она, но вид её впечатлил меня до ужаса.
Остальные треугольники с грохотом вонзились в главный, и разбросали облако пыли с камнями. За образовавшейся завесой происходило неясное движение, и как только завеса рассеялась, виду представился ромб, центром которого по прежнему была Хеля. От ромба потянулись цепи, и они, словно живые, подсоединились к ошейнику демона.
Демон напряг мускулы, которые вспухли от притока черной крови, и цепь засияла черно-бёлой аурой. Треугольник тоже вспыхнул, вцепившись в окружающее пространство щупальцами, и стал перекачивать энергию в демона. Я отчетливо видел, как Хеля открыла глаза, и даже услышал её крик. Сердце сжалось, и кровь в жилах застыла. Ко мне пришло кошмарное понимание того, что Хеля была жива.
На секунду в глазах потемнело. Неожиданно мы оказались совершенно в другом месте, которое я раньше никогда не видел, и более того, такое мне даже не снилось. Нас окружили серые равнины, усыпанные кратерами самых разных размеров. Мы что, оказались на Луне?
Над нами нависла чернота космоса, и вдали я действительно увидел Землю. У меня сердце от испуга чуть не остановилось. Никогда мне не переходилось переживать настолько резкой смены обстановки, это меня даже парализовало, заставив пытаться хватать ртом воздух.
Но его тут не было. Это значило, что дышать мне теперь не обязательно. Я чувствовал, что моё тело держится за счёт энергии, которую вбирает из окружающего мира. Я никогда не думал, что человек может спокойно существовать в местах, где нет атмосферы. Но ещё больше удивляла тварь, которая сейчас была прикована к треугольнику, как собака к гидранту.
Треугольник резко воткнулся в поверхность Луны, пустив по ней большую трещину, и рывком отправил энергетические щупальца в сторону Земли.
— Что ты за тварь, — спросил я ошарашенно. — Вы… Ты… Что ты за тварь!
— Зачем так грубо? — спросил Нагихато всё тем же искажённым голосом. — Не тварь. Садвисхан. На земле нас ещё называют демонами.
Садвисхан? Демоны? Это было полнейшей чушью. В их реальность поверить было невозможно. Но ещё больше меня поразило то, что он представляется, не бросаясь на меня сразу. Возможно, ему что-то было нужно.
— Рэн, прежде, чем ты попытаешься сделать глупость, позволь мне кое-что рассказать, и предложить. Давай мы не будем драться? Наша кормушка из-за этого может сильно пострадать.
Под кормушкой он наверняка подразумевал Землю. Щупальца, тянувшиеся от треугольника, были довольно небольшими около него, но чем ближе они были к Земле, тем больше становились, выделяясь из черноты космоса жутким серым свечением. Вскоре Земля была полностью ими окутана, планета моментально посерела, мне даже показалось, что ей стало больно. На энергетическом уровне я чувствовал, как планету буквально разрывает щупальцами, вытягивая из неё всё. Зрелище было жутким и неприятным.
***
Тучи рассеялись. Ису и Итомэ стояли на площади, разглядывая небо, затянутое серой мглой. В небесах ярким пятном сияла Луна, которую, не смотря на ограничения в обзоре, было прекрасно видно. Итомэ и Ису с каждой секундой чувствовали себя всё хуже и хуже, причём, причин этого не понимал никто. Итомэ ёжился от холода, скрестив руки на груди, и глядел то на Ису, то на Луну.
От Луны к планете тянулось нечто невероятное, внушающее первобытный ужас и страх, который не описать словами. Ещё никогда Итомэ не испытывал таких ощущений, и их он явно запомнит на всю жизнь, как и этот день, в который решалось что-то важное не только для Итомэ, но и для всех людей. Из-за неопределённости тело пробирала мелкая дрожь, Ису и Итомэ не понимали, проснутся ли завтра, будут ли дальше жить.
— Почему так холодно? — спросил Итомэ, растирая себе плечи и выдохнув облачко пара.
— Энергетические каналы пустеют, а человек без энергии не может существовать. Частицы перестают двигаться. Планету пожирают. Нам остается надеяться только на то, что это прекратится. — Ответил Ису.
Ису не отрываясь смотрел на Луну, и произнёс тихо:
— Не подведи, Рэн.
Взгляд каждого сегодня был прикован к небу. Никто не знал, что именно происходит, но колоссальное чувство тревоги сегодня испытывал каждый человек на планете. Страдал не отдельный организм, являвшийся концом, а страдала природа, являвшаяся началом. Её страдания, словно вирус, передавались всему живому на планете.
***
— Мы с тобой братья, Рэн, — проговорил Нагихато, улыбаясь. В его голосе слышалась радость.
Я решил его выслушать, но уже начинал думать, что зря. Он заявлял о родстве, которого нет, и, наверное, хотел предпринять попытку словесно мной управлять. Какие ещё братья? Наши родители и близко друг с другом не стояли, если у этого Садвисхана, конечно, есть родители. Он лгал, очевидно и нагло лгал.
— Что ты несёшь? — ответил я.
