– Я не знаю, откуда она пришла, – тихо сказала Оракул, проведя Катю на поляну и предложив присесть на поваленное дерево. Ствол был мокрым от росы, но Катя чувствовала такую усталость, что уже не могла стоять на ногах. – Не знаю, как давно появилась в этом мире и когда уйдет, но я знаю, чего она хочет. Наполовину разрушенная тварь, уже не способная жить в реальном мире, но отказывающаяся умирать. Застряла между жизнью и смертью. Это очень хлопотно. – Оракул присела рядом и сложила руки на коленях, прикрытых подолом старой выцветшей юбки. – Ей постоянно нужно питаться, поэтому она ловит детей. Как паук, опутала своими сетями весь мир. И дети из разных уголков мира, оказавшиеся на грани смерти, попадают сюда и становятся ее жертвами. Не все, только часть. Это идеальное преступление, потому что никто не ищет виноватых.
Катя нахмурилась.
– Почему вы не дали ей отпор?
– Я не воин, – ответила Оракул. Она оглянулась на пещеру, откуда доносились детские голоса, – среди нас нет воинов.
– Но вы помогли им.
Катя видела этих детей, потерянных и напуганных, которые остались один на один с безжалостной ведьмой. Бесконечный лес, жуткие монстры и постоянный страх… Они выжили только благодаря Оракулу.
– Без вас они бы не справились.
Оракул засмеялась, но это был горький смех.
– Они считают меня святой, – сказала она, глядя на лес, на небо, на дом ведьмы – куда угодно, лишь бы не встречаться с Катей глазами. – О, если бы они только знали!.. Если бы они когда-нибудь узнали, скольких я принесла в жертву. Сколько раз я видела в своих видениях, что грызуны забирают меня, и сколько раз я обманывала других. Отправляла их на смерть, лишь бы самой выбраться, – наконец она посмотрела на Катю. – Я знала, что во что бы то ни стало должна дожить до твоего появления. Я должна была научить тебя. Я знаю, что поступала правильно, – она вздохнула, – но от этого не становится легче.
Катя провела рукой по животу. По тому месту, куда попала пуля. Если постараться, она могла почувствовать здесь ноющую боль.
– Там будет другая жизнь, – сказала она тихо, – там все будет по-другому.
Оракул усмехнулась.
– Боюсь, в отличие от тебя, милая, я хорошо запоминаю сны.
– Ты можешь победить грызуна деревянным мечом, но против ведьмы нужно железо, – Оракул привела Катю на поляну, укрытую куполом из сплетенных ветвей. Единственным источником света здесь были светлячки. – К несчастью, этот мир создан так, что железа в нем нет. И только у тебя есть оружие.
– Боюсь, с этим как раз проблемы, – протянула Катя, – мое оружие осталось где-то в реальности.
Оракул покачала головой.
– Это тоже реальность. Только не та, к какой ты привыкла, поэтому придется разбираться по ходу дела. Они могли забрать твой нож, но не могут забрать его душу.
– Звучит довольно… странно, – усмехнулась Катя.
Оракул даже не улыбнулась.
– У человека есть тело, душа и имя. У хорошего оружия они тоже есть.
Она прошла в центр поляны и села на траву. Катя последовала за ней.
– Я расскажу тебе сказку, – проговорила Оракул, – про девочку, которая слишком много видела. Она видела добро и видела зло. Она видела жизнь и смерть. Как людей убивали, пытали, мучили. Она видела много всякого, не все, но и того, что видела, было достаточно. Она не могла с этим справиться – ее не учили. И однажды – ей было тогда всего тринадцать, – однажды она взяла у мамы нож и… – голос Оракула дрогнул, и она не закончила. Она поднесла трясущуюся руку к глазам, и Катя все поняла.
– Она не хотела больше ничего видеть, – продолжила Оракул, – она была ребенком и не знала, как сделать это безопасно, поэтому…
– Поэтому оказалась здесь, – договорила за нее Катя. Она не знала, что еще можно сказать.
– Всю свою жизнь девочка думала, что не может никому помочь, – голос Оракула дрожал, – что может только смотреть, и это ее проклятие. Но потом она оказалась здесь. Увидела детей, потерянных и испуганных, и поняла, что может помогать им. Поняла, что ее дар может быть полезным. Что для всего есть причина. Для тебя тоже есть причина. Все делается зачем-то. И ты попала сюда для чего-то.
– Ну да, – фыркнула Катя, – потому что другого кандидата на роль охотника не нашлось.
Оракул покачала головой.
– Так или иначе, ты здесь. Спящая ведьма охотится на детей, и никто не знает об этом. Взрослые сюда не попадают. Какая удача, что ты всего лишь подросток.
– М-м-м, – задумчиво протянула Катя, – ответственность. Что может быть чудеснее? – она поправила затекшие ноги. – Так мы будем добывать оружие или как?
Катя любила сражаться. Ты видишь монстра, видишь его лапы, клыки, когти и точно знаешь, куда ударить.
Медитировать она любила меньше. Видеть то, чего не видят глаза, казалось чем-то сродни сумасшествию.
Тем не менее Мариам считала своим долгом заниматься с Катей три раза в неделю. Катя не сопротивлялась, но большую часть времени просто сидела с закрытыми глазами и прокручивала в голове любимые песни. Слышать то, что не звучало на самом деле, – вот в этом она была профи. Если слушать очень много музыки, голова превращается в плеер.
