Они вдвоём стояли в неглубоком алькове, Гаренше буквально сгорбился из-за своего огромного роста в чём-то вроде небольшой кухонной зоны. Я нахмурилась и отвернулась, осматривая остальную часть комнаты, хотя бы чтобы скрыть реакцию на лице.
Большинство видящих, выстроившихся вдоль стен, относилось к Лао Ху, причём это были их разведчики, судя по чёрным поясам. Я также увидела Касс и Багуэна на лавочке слева от приподнятого дивана-трона Вой Пай. Рядом с ними стояли Джакс и Мила — ещё два разведчика, работавших на Ревика.
Вместе с Врегом ещё пять видящих стояло на полу, преклонив колени. Я узнала Локи, Рэдди и Ниилу. Только тогда я заметила, что они связаны и в ошейниках. Гаренше, Холо, Джакс и Мила тоже были в ошейниках.
Почувствовав, как напрягается мой подбородок, я посмотрела обратно на Вой Пай.
— Я здесь, — сказала я, отбросив каждое слово своего тщательного подготовленного официального приветствия. — Ты хотела, чтобы я пришла лично, ведь так? Вот она, я.
Её красные губы изогнулись в тени улыбки. Она подняла одну нарисованную бровь.
— Разве так мы должны приветствовать друг друга, Высокочтимый Мост? — спросила она. Вопреки её укоризненному тону я услышала лёгкое ликование удовлетворения в том, как она щёлкнула языком. — Сестра, твои слова ранят меня.
— Как и эта демонстрация, очевидно, должна ранить меня, — сказала я.
Я знала, что она будет лишь наслаждаться моей злостью, но не могла полностью скрыть её в своём свете. Обведя комнату жестом, я старалась не смотреть на Врега, ладонью показывая на его команду от Гаренше и Холо до Джакса и Милы, стоявших возле Касс и Багуэна.
— Иначе какой в этом смысл? Обращаться с нашими братьями и сёстрами в такой манере?
— Я обращаюсь с ними так, как подобает их статусу.
— Какому именно? Статусу рабов Лао Ху?
— Тех, чьи жизни принадлежат нашим людям, да.
Скрестив руки на груди, я заставила свой свет отступить и сделаться неподвижным. Здесь я не могла закрываться щитами, так что всё, что мне оставалось — перестать реагировать, держать свой разум спокойным. Я уже знала, что она делает это нарочно, чтобы вывести меня из себя, и это работало. По правде говоря, мне было всё равно — во всяком случае, в этом отношении — но если она будет слишком этим наслаждаться, то, скорее всего, затянет процесс.
Я взглянула на Улая, который оставался рядом со мной.
По его лицу я видела, что тон нашего разговора нервировал его. Я также впервые осознала, какой он высокий. Может, на дюйм выше Ревика.
Вздохнув и с урчанием щёлкнув языком, я посмотрела на Вой Пай и поклонилась так грациозно, как только могла.
— Приношу свои извинения, премного уважаемая Вой Пай, лидер Лао Ху, — сказала я, поднимая ладонь в вежливой манере. — Возможно, мы могли бы начать заново. Мне передали, что ты желаешь поговорить со мной?
Видящая улыбнулась, но это не отразилось в её глазах.
— Да, Высокочтимый Мост.
— Возможно ли нам продолжить этот разговор наедине? — спросила я, чувствуя на себе взгляд Врега, и обвела комнату неопределённым жестом. — Едва ли это благоприятная обстановка для цивилизованных переговоров.
— Я не соглашусь, Высокочтимый Мост, — невозмутимо ответила Вой Пай, улыбаясь. — Я предпочитаю вести переговоры открыто. Где заинтересованные стороны способны слышать обсуждение их судьбы.
— Вот для чего ты настойчиво приглашала меня сюда? — сказала я в ответ, вскинув бровь. — Поэтому ты упорствовала, чтобы я приехала лично? Потому что я припоминаю, что в твоём письме ты говорила что-то о
— Нет, Высокочтимый Мост. Конечно, имелось в виду не это.
— Тогда, возможно, — продолжила я ровным тоном, — мы могли бы начать здесь. Раз уж ты желаешь озвучить это публично, прошу, поделись со мной теми словами, которые никак нельзя было передать через моих эмиссаров. Затем, — добавила я, — я бы также хотела услышать твои мысли по поводу просьбы, которую я тебе отправила и всё ещё не получила ответа относительно того, какие условия ты считаешь приемлемыми… хотя двое моих друзей уже так давно остаются здесь.
На мгновение я хотела поднять тему вируса, убивающего людей, затем выбросила это из головы. Я позволю ей самой поднять эту тему. Мне от этого никакого преимущества, и вообще, я здесь не за этим.
Всё ещё наблюдая за мной прищуренным взглядом, Вой Пай изменила позу на диване с шёлковыми подушками.
Я чувствовала, что моё терпение на исходе, когда она наклонилась над маленьким столиком и налила себе чашечку чая из глиняного чайника с китайскими драконами. Поставив чайник на ярко расписанный поднос, она откинулась обратно на диван, помедлила, чтобы понюхать чай, затем сделала серию деликатных глоточков.
Я прикусила губу, но не шевелилась.
