До дома мы добирались долго — сначала по Педдер-роуд, затем по широкой дуге набережной Марин-драйв, вдоль россыпи городских огней, отражавшихся в тихих водах залива. Продолжали разговор и по прибытии, когда я въехал в огороженный двор многоквартирного дома, попутно махнув рукой сторожу, и остановился в парковочной зоне на цокольном этаже.
— Иди наверх, — сказал я Лизе, — мне надо обтереть байк.
— Прямо сейчас?
— Да. Я не задержусь.
Когда ее каблучки застучали по мраморной лестнице, я повернулся к сторожу, кивнул и пальцем указал вслед Лизе. Он сорвался с места и побежал за ней, прыгая через две ступеньки.
Я услышал, как открывается дверь квартиры и как Лиза говорит «доброй ночи» сторожу. В следующую секунду я выскользнул через боковую дверь на пешеходную дорожку и, стараясь двигаться бесшумно, проследовал вдоль живой изгороди, окаймлявшей здание.
Незадолго до того, разворачиваясь перед въездом на парковку, я заметил в тени изгороди съежившуюся фигуру. Там кто-то прятался.
Я вынул нож, приближаясь к тому месту, где ранее видел силуэт. В ту же секунду из тени вышел человек и, не заметив меня, направился в сторону парковки.
Это был Джордж Скорпион.
— Лин! — позвал он шепотом. — Ты еще там, Лин?
— Какого черта ты тут ошиваешься, Скорпион? — громко спросил я, подойдя к нему сзади.
Бедняга высоко подпрыгнул, суча ногами в воздухе:
— Ох, Лин! Ты напугал меня до усрачки!
Я глядел на него, ожидая пояснений.
Мирное соглашение, заключенное между мафиозными кланами по итогам последней гангстерской войны в южном Бомбее, с недавних пор дышало на ладан. Агрессивная молодежь, не участвовавшая в той войне или в переговорах о мире, все чаще затевала стычки и нарушала правила, написанные кровью куда более крутых бандитов. В нашем районе также случались нападения, почему я и был все время настороже. Но сейчас я разозлился на себя самого за то, что едва не напал на друга.
— Я же вас, парни, предупреждал: не подкрадывайтесь к людям втихую, — сказал я. — Это чревато.
— Да-да, я виноват... — начал он нервно, оглядываясь по сторонам. — Но, видишь ли... такое дело...
Тут сказались долгое напряжение и страх: он утратил дар речи. Я прикинул, где можно спокойно побеседовать.
Я не мог зайти на парковку вместе со Скорпионом. Он был бродягой, ночевавшим на улице, и его появление могло спровоцировать жалобы со стороны жильцов, если его кто-нибудь заметит. Лично мне их жалобы были до лампочки, но я знал, что для сторожа они могут обернуться потерей работы.
Взяв Скорпиона за локоть, я повел тощего высокого канадца через улицу, в глубокую тень у полуразвалившейся каменной ограды. Там, усевшись с ним рядом на груду камней, я раскурил косяк, затянулся и передал ему.
— В чем дело, Скорпион?
— Да все в том же гаде, — сказал он, сделав глубокую затяжку. — Я про цэрэушника в синем костюме. Он меня в гроб загонит, старик! Я больше не могу ходить по улицам. Я не могу разговаривать с туристами. Он чудится мне повсюду, он сидит у меня в мозгах, он все время вынюхивает и выспрашивает. Твой друг, тот детективный чувак, что-нибудь про него разузнал?
Я отрицательно мотнул головой.
— Один из наших проследил его до Бандры, но там у парня кончились бабки, таксист его высадил, и след потерялся. И от твоего Навина ни слуху ни духу. Я подумал, может быть, он передал весточку тебе?
— Нет, пока ничего.
— Я в панике, Лин! — сказал Скорпион, трясясь всем телом. — Этого гада ничем ни проймешь! Сколько его ни пыталась раскрутить наша братва — сплошной облом! Он не покупает дурь и совсем не пьет, даже пиво. И не клюет на девочек.
— Мы его вычислим, Скорпион. Не бери в голову.
— Но это жуть как странно, — посетовал Скорпион. — Я натурально съезжаю с шариков, можешь себе представить?
Я достал из кармана пачку купюр в сто рупий и протянул ему. Не без некоторого колебания Скорпион их принял и тут же спрятал под рубашкой.
— Спасибо, Лин, — сказал он, быстро взглянув мне в глаза. — Я дожидался тебя перед домом, потому как теперь я совсем не появляюсь на улицах. Сторож сказал мне, что ты еще не возвращался. Потом я увидел вас с Лизой, но не смог подойти к тебе при ней. Я не могу просить деньги в ее присутствии. Лиза когда-то была обо мне высокого мнения.
— Все мы порой испытываем финансовые трудности. И Лиза останется высокого мнения о тебе независимо от того, нуждаешься ты в деньгах или нет.
В глазах его стояли слезы. Я не хотел это видеть.
— Слушай внимательно и передай мои слова Близнецу, — сказал я, вновь переводя его через дорогу. — Затарьтесь продуктами, прикупите дури для оттяга и снимите номер во «Фрэнтике». Поживете там пару дней, не высовываясь на улицу. А мы между тем докопаемся до этого типа и решим проблему. Уяснил?
— Уяснил, — сказал он, протягивая для рукопожатия мелко дрожащую ладонь. — Ты считаешь «Фрэнтик» достаточно надежным местом?
— Просто этот отель единственный, где вам не откажут в номере, при вашем-то стиле жизни, Скорп.
— А... ну да, конечно...
