Тень горы полностью

Навин улыбнулся мне, залез в машину и закрыл дверцу. Рэнделл включил фонарик-мигалку из запасника Джасванта и передал Карле стакан с коктейлем Анкита.

— За «Утраченную любовь», джентльмены! — провозгласила она тост.

— За «Утраченную любовь»! — подхватили джентльмены.

Для полного комплекта не хватало только Олега, поэтому он тут же и забрел под арку. Его обычная улыбка выглядела несколько натянуто. Увидев компанию в автомобиле, он оживился:

— Круто! Рад видеть тебя, Лин.

— Где ты пропадал, старик?

— У этих баб, у Дивушек. Они выжали меня, как борцовское полотенце, и выкинули. Я совершенно... мм...

— Razbit? — подсказал я.

— Да, razbit. По какому поводу пьянка?

— Это ежегодная встреча утерянных любовников. Она уже давно началась, а тебя все нет и нет. Залезай к ним.

Они закричали, загудели и втащили Олега на заднее сиденье, где он втиснулся рядом с Рэнделлом. Ему вручили стакан с коктейлем.

В ожидании Карлы я пошел к своему байку, припаркованному в самом удобном для быстрого выезда месте. Вытащив тряпки из-под сиденья, я стал любовно протирать мотоцикл.

Карла громко хохотала, Дидье визжал от смеха, а я разговаривал с байком, обещая ему, что никогда его не брошу.

Меня беспокоила мадам Жу. Я недостаточно хорошо ее знал, чтобы судить о том, любила ли она близнецов, — если вообще любила кого-нибудь. Но они находились при ней неотлучно в течение долгих лет. Она была мстительна и давно свихнулась. Интересно было бы знать, признала ли она свое поражение и затаила злобу или не признала, но злобу затаила.

Она, похоже, любила материализоваться из какого-нибудь темного угла под аркой нашего отеля, как раз там, где Карла в это время развлекалась в приятном обществе.

До рассвета оставался час. Я надеялся, что солнце изгонит нечистую силу. Присев на вылизанный байк, я выкурил косяк, посматривая на оба выхода из-под арки и вздрагивая при звуке шагов или мотора.

В раздумьях и беспокойстве прошло какое-то время, и наконец передняя дверца автомобиля распахнулась. Из нее со смехом вывалился пьяный Навин и с подчеркнутой любезностью придержал дверцу для Карлы.

Она выпорхнула из клетки и направилась ко мне томной походкой.

Навин и все прочие в спальном автомобиле громко попрощались с Карлой и пожелали ей доброй ночи. Рэнделл опустил шторки на окнах, готовясь к восходу.

— Ты не против посидеть здесь, пока не рассветет? — спросил я.

— Совсем нет, — ответила она, садясь рядом со мной. — Ты тут на посту, как я понимаю?

— Как подумаю о мадам Жу, меня всего трясет. Она была очень привязана к близнецам.

— Она свое получит, — сказала Карла. — Уже частично получила от Голубого Хиджаба. Карма — это молот, а не перышко.

— Я люблю тебя, — сказал я, наблюдая за тем, как ее лицо прорисовывается в темноте бледной рассветной тенью, и желая поцеловать ее. Но само ощущение этого желания было настолько приятным, что прерывать его поцелуем не хотелось. — Как провела время в автомобиле?

— Потрясающе. Насобирала кучу материала для следующего конкурса афоризмов. Это прямо акупунктурная схема мужских слабостей.

— Скажи какой-нибудь афоризм, — попросил я.

— Ну уж нет, — засмеялась Карла. — Они еще не отшлифованы.

— Всего один.

— Нет.

— Один-единственный, — не отставал я.

— Ну хорошо, — сдалась она. — Вот тебе один. Мужчины — это желания в оболочке секретов, а женщины — секреты в оболочке желаний.

— Здорово.

— Тебе нравится?

— Очень.

— Было забавно смотреть, как мужчины вылезают, так сказать, из своих оболочек. Это все с подачи Дидье, конечно. Без него никто из них не стал бы так откровенничать.

— Ты сказала Анкиту о Голубом Хиджабе?

— Да, — улыбнулась она. — Вставила как бы между делом в оболочке всеобщего уныния, так что он не очень возражал.

— Очень хорошо.

— И я предложила ему работу. Он тоже не стал возражать.

— Молодец. А ты время даром не теряла. В каких еще случаях вы не теряете время даром, мадам Карла?

Уже достаточно рассвело, чтобы оставить парней без присмотра, и давно пора было идти в шатер. Я было тронулся с места, но Карла меня остановила:

— Ты не сделаешь кое-что вместе со мной?

— Как раз этим я и собирался заняться.

— Нет, я хочу спросить, не пойдешь ли ты кое-куда вместе со мной?

— Обязательно пойду. Наверх, в твой шатер.

— Я имею в виду, после шатра?

— После — безусловно, — рассмеялся я как раз в тот момент, когда в затемненном лимузине раздался взрыв хохота. — Но при условии, что ты перестанешь уводить у меня моих персонажей.

— Уводить твоих персонажей?

— Анкита, Рэнделла, Навина, — улыбнулся я, зная, что она поймет.

Она засмеялась:

— Ты мой главный персонаж, и не забывай об этом.

— Ну если так, то куда я иду с тобой?

— На гору, — сказала она. — К Идрису.

— Отлично. Проведем там уик-энд.

— Я предполагала более длительный срок.

— Насколько более длительный?

— Я думала пробыть там, пока не пойдут дожди, — ответила она мягко. — Или пока они не прекратятся.

— Два месяца?!

Взять такой отпуск, работая на черном рынке, было непросто.