— Спасибо за комплимент, — сказал он с ухмылкой, — но тут возникает парочка сложностей. Во-первых, у меня нет связей в муниципальном совете. Во-вторых, парни в мастерской не возьмутся за такую работу только по моей просьбе. Да еще и, не дай бог, донесут Санджаю. Другое дело
— И почему так получается, что я всегда — другое дело?
— Вы сможете провернуть все чисто и незаметно, потому что вы босс в мастерской, — объяснил Фарзад. — С вашей помощью мы все устроим так, что никто посторонний не узнает об этой фальшивке.
— Возможно, мой вопрос покажется вам странным, — сказал я, оглядывая их напряженные лица, — но, с другой стороны, было бы странно его
— Закономерный вопрос, — признал Аршан. — Надеюсь, вы не обидитесь, если я скажу, что он уже не раз обсуждался в этой самой комнате. Дело в том, что нам необходима ваша помощь, и мы считаем, что вам можно доверять. Дядя Кеки был о вас очень высокого мнения. Много раз он говорил, что вы были с Кадербхаем до самого конца и что вы — человек чести.
Упоминание о чести меня покоробило, тем более что к ней взывали люди, предлагавшие утаить важную информацию от моего босса. Однако эти люди мне нравились. Уже сейчас, после короткого знакомства, они нравились мне больше, чем Санджай. И потом, Санджай был достаточно богат и без того. Он запросто мог обойтись без этого клада, если его и впрямь когда-нибудь найдут.
— Я сделаю вам сертификат до конца этой недели, — сказал я. — Санджаю скажу, что это левая работенка по просьбе моего друга, — в сущности, так оно и есть на самом деле. Но все это должно остаться строго между нами. Я не хочу, чтобы информация дошла до Санджая из других источников и потом бумерангом вернулась ко мне. С этим все ясно?
Присутствующие разразились аплодисментами и радостными криками. Затем они принялись хлопать меня по спине, обнимать, хватать за руки.
— Спасибо вам огромное! — с чувством сказал Аршан. — Нас выбила из колеи эта история с муниципальным советом. За все годы это первое серьезное препятствие, возникшее на нашем пути. А ведь мы... мы получаем такое удовольствие от охоты за драгоценным сундучком! Если совет запретит дальнейшие работы в доме, мы просто... просто потеряемся, как потерялись наши сокровища.
— И мы не просим, чтобы вы делали это даром, — добавил Фарзад. — Скажи ему, па!
— В качестве вознаграждения мы готовы выделить вам один процент от стоимости сокровищ, — сказал Аршан.
— Если вы их найдете, — улыбнулся я.
—
—
— А теперь, как насчет новой порции дал-роти? — спросила Джая.
— Или нежной курятины? — предложила Захира.
— Или сэндвича с яйцом и карри, — подхватила Анахита, — с бокалом малинового напитка.
— Нет-нет, спасибо, — сказал я, поднимаясь из-за стола. — В меня уже больше ничего не влезет. Может быть, в другой раз.
—
— Да, непременно.
— Я вас провожу, — вызвался Фарзад, и мы с ним направились по коридорчику к длинным портьерам, скрывавшим от посторонних глаз внутреннюю часть здания.
Все остальные члены трех семей последовали за нами. В холле снова были объятия и рукопожатия, после чего я в сопровождении Фарзада выбрался на улицу.
За это время успел пройти муссонный дождь, но тучи уже удалялись, и жаркое солнце начало быстро выпаривать зеркальные лужи. Удивительное дело: в первую минуту обычный уличный пейзаж показался мне чуждым и незнакомым, как будто реальность осталась позади, в причудливом макрокосме огромного зала с мостками и лесенками, а эта сверкающая, исходящая паром улица была лишь иллюзией.
— Я надеюсь, знакомство с нашим объединенным семейством не слишком вас напрягло, — пробормотал Фарзад.
— Ничуть, — сказал я.
— И вам не показалось, что мы все немного того... помешанные? Из-за этих поисков?
— Все мы что-нибудь ищем. И, насколько я понял, вы счастливы.
— Это так, — быстро согласился он.
— Счастье — это тоже своего рода помешательство, разве нет?
Вместо ответа юный парс вдруг неловко меня обнял.
— Тут еще такое дело, Лин, — сказал он чуть погодя, разжав объятия, — у меня к вам будет одна маленькая просьба.
— Как? Еще одна просьба?
— Да. Если вам как-нибудь случится узнать телефонный номер той девушки... той красавицы с глазами полными прелести... ну, то есть Дивы, которую мы встретили перед полицейским участком, я...
— Нет.
— Нет?
— Нет.
— Категорически нет?
— Категорически.
— Но...
— Нет, — сказал я в который раз, смягчая тон и улыбаясь при виде его озадаченной физиономии.
Он покачал головой, развернулся и вошел в двери своей многолюдной обители. А я еще какое-то время постоял на тротуаре, подставив лицо солнечным лучам и вдыхая свежий запах недавнего дождя.