На протяжении трех недель через гостиничный номер зодиакальных Джорджей днем и ночью потоком шли всевозможные специалисты, прилагавшие неимоверные усилия к тому, чтобы придать вчерашним оборванцам респектабельность, соответствующую их новообретенному статусу: портные, парикмахеры, мозольные операторы, ювелиры, часовщики, инструкторы йоги, маникюрши, стилисты, учителя медитации, астрологи и составители гороскопов, бухгалтеры, юристы, прислуга и целая орда консультантов по самым разным вопросам.
Привлечением всей этой пестрой братии — а равно низведением их грабительских расценок до вполне скромного уровня — добровольно занялась Дива Девнани, выказывая на сем поприще немалую энергию и замечательную сноровку. На эти недели она также сняла номер в «Махеше» и почти все время проводила в компании оперяющихся миллионеров. Она заявила, что считает своим долгом обеспечить полноценное «перерождение» Скорпиона и Близнеца.
— Так случилось, что я была рядом с Джорджами в тот самый момент, когда они узнали о своем богатстве, — сказала она. — Не кто-нибудь, а именно я: самая богатая девушка в Бомбее, к тому же наделенная безупречным вкусом. Это карма. Это судьба. Кто я такая, чтобы задирать нос и противиться самой судьбе? Это мой долг: помочь им восстать из пепла.
Что касается самих восстающих из пепла Джорджей, то они — при всей их дружбе и взаимной преданности — диаметрально расходились во взглядах на стратегию дальнейших действий после своего перемещения из грязи в князи.
Джордж Близнец считал, что от дурных денег надо как можно скорее отделаться. Оба Джорджа за все время жизни на улицах и в трущобах Бомбея никогда не лгали, никогда не обманывали клиентов и никогда ни на кого не поднимали руку. Как следствие, они приобрели огромное множество друзей и просто доброжелателей, периодически им помогавших, — в том числе владельцев закусочных и лавчонок, терпеливо продлевавших им кредит; уличных попрошаек и спекулянтов, не дававших им умереть с голоду в самые трудные дни, и даже отдельных копов, которые закрывали глаза на их мелкие правонарушения.
Близнец предлагал раздать б`ольшую часть денег всем этим людям, а на оставшиеся закатить долгую череду незабываемых гулянок, перед тем положив некоторую (не слишком крупную) сумму на банковский счет с ежемесячной выплатой процентов. По окончании блистательного загула он планировал вернуться к счастливой жизни на улицах, но уже с несколько большими удобствами и уверенностью в завтрашнем дне.
Джордж Скорпион этой идеей не соблазнился. Его страшили ответственность и моральное бремя, навалившиеся на него вместе с деньгами, и он докучал своими жалобами всем, кто не умел изящно избавляться от нытья хронических пессимистов. Тащить это бремя бедняге было невмоготу, но и сбросить его с плеч он не мог.
По словам Скорпиона, первые недели процветания стали для него настоящим кошмаром. Деньги приносят беду, говорил он. Деньги губят покой в наших душах, говорил он. Однако вот так взять и отринуть презренное злато у него не хватало духу.
Он беспрестанно стонал, бормотал и плакался. Гладковыбритый, подстриженный, промассажированный, наманикюренный и смазанный душистыми кремами, долговязый канадец бродил по роскошному номеру, тяжело переживая свалившуюся на него удачу.
— Это плохо кончится, Лин, — сказал он, когда я заглянул его проведать.
— Рано или поздно все кончается плохо для любого из нас. Только искусство вечно.
— Пожалуй, — согласился он, хотя мои слова его не утешили. — Ты видел Близнеца, когда сюда входил? Он все еще сидит за картами?
— Я его не видел. Меня впустил какой-то сикх. Он назвался твоим «мажордомом».
— А, это Сингх. Он вроде как всем тут заправляет. На пару с Дивой. У этого типа чудовищный шнобель. Наверно, такой отрастает, если все время глядеть на людей сверху вниз, вдоль переносицы.
— А вдобавок к длинному носу у него есть короткий список допускаемых лиц.
— Это да... понимаешь, нам пришлось ограничить число посетителей. Ты бы видел, что тут творилось сразу после того, как новость о моем наследстве разнеслась по улицам.
— Могу себе представить.
— Они валили сюда толпами, день и ночь. Отелю пришлось удвоить охрану на этом этаже, чтобы их как-то сдерживать. Но многие все равно прорывались. Один засранец барабанил в дверь туалета и требовал денег, когда я сидел на толчке.
— Да уж...
— В последние дни я вообще не высовываю нос из отеля. Стоит только выйти на улицу, откуда ни возьмись появляются люди и тянут руки за деньгами.
По такому случаю я вспомнил, что сами зодиакальные Джорджи в течение многих лет имели обыкновение появляться откуда ни возьмись, и руки их при этом также частенько бывали протянуты ладошкой вверх.
— Да уж...
— Но ты можешь быть спокоен, Лин, — поспешил добавить Скорпион. — Твое имя всегда будет в коротком списке.
— Да уж...
— Нет, я серьезно, старик. Ты всегда был к нам очень добр. И я этого не забуду. Кстати, раз уж об этом зашла речь, ты... тебе не нужно...
— Нет, у меня с деньгами порядок, — сказал я. — Но спасибо за готовность помочь.
