– Нельзя ее так оставлять, – поддержал другой.
– Надо ее судить, – предложил третий.
– Судить? – переспросил Ефим. – А что тут судить? Все и так ясно! Она виновна!
– Но ведь надо же… по закону, – пробормотал отец Павел.
– Какой там закон! – отмахнулся Ефим. – Когда скотина дохнет, тут не до законов! Тут надо действовать!
– Но… – попытался возразить отец Павел, но Ефим его перебил.
– Все решено! – объявил он. – Завтра утром – суд! А после суда… сами знаете что.
Он посмотрел на Инессу, его глаза горели ненавистью.
– Завтра ты ответишь за все, колдунья! – пообещал он. – За все, что ты натворила!
Толпа зашумела, выражая свое согласие. Инесса молчала. Она знала, что ее судьба предрешена. Она знала, что завтра утром ее ждет смерть.
– А пока… – сказал Ефим, – заприте ее в погребе. Пусть подумает о своих грехах.
Два крепких мужика схватили Инессу под руки и поволокли ее к выходу. Она не сопротивлялась. Она знала, что сопротивление бесполезно.
Когда ее вывели из избы, она бросила последний взгляд на собравшихся. В их глазах она увидела не только страх и ненависть, но и… жалость. Жалость, которую они боялись признать даже самим себе.
Погреб был темным и холодным. В нем пахло сырой землей и гнилью. Инессу бросили на земляной пол и заперли дверь на засов.
Она осталась одна. В тишине и темноте погреба она могла слышать только стук своего сердца. Она знала, что завтра утром ее ждет смерть. Но она не боялась. Она была готова.
В голове мелькали воспоминания: детство, лес, травы, лица людей, которым она помогала. Она ни о чем не жалела. Она прожила свою жизнь так, как считала нужным.
Она закрыла глаза и попыталась уснуть. Но сон не шел. В голове продолжали мелькать воспоминания, лица, слова.
Инесса знала, что завтра утром ее сожгут на костре. Ее обвинили в колдовстве, в том, что она нанесла вред деревне. Она знала, что это ложь. Но никто не хотел ее слушать.
Она не понимала, почему они так поступают. Почему они так боятся ее? Почему они считают ее ведьмой?
Она просто знала травы и умела лечить. Она помогала людям, чем могла. Она никогда не желала никому зла.
Но они не хотели ее понимать. Они хотели верить в то, во что им удобно верить. В то, что есть зло, которое нужно уничтожить.
И она стала этим злом.
Инесса вздохнула. Она знала, что ничего не может изменить. Ее судьба предрешена.
Она просто ждала утра. Ждала смерти.
В избе, после того, как Инессу увели, долго не стихал шум. Люди обсуждали произошедшее, высказывали свои мнения, спорили.
– Что же мы наделали? – прошептала Марфа, прижимая ребенка к груди. – Неужели мы правильно поступили?
– А что нам оставалось делать? – ответил ей Степан. – Смотреть, как скотина дохнет, а дети болеют?
– Но может быть, это и не она виновата? – возразила Марфа. – Может быть, это просто случайность?
– Какая там случайность! – отрезал Ефим. – Я же говорю, это все она! Колдунья!
– Но… – попыталась возразить Марфа, но Ефим ее перебил.
– Все решено! – объявил он. – Завтра утром – суд! А после суда… сами знаете что.
Он посмотрел на отца Павла.
– Отец Павел, вы же с нами? – спросил он.
Отец Павел молчал. Он был в замешательстве. Он не знал, что делать. С одной стороны, он понимал страх и гнев людей. С другой стороны, он сомневался в виновности Инессы.
– Отец Павел? – повторил Ефим. – Вы же с нами?
Отец Павел вздохнул.
– Я… я не знаю, – сказал он. – Я должен подумать.
– Подумать? – усмехнулся Ефим. – Тут думать нечего! Надо действовать!
Он повернулся к остальным.
– Ну, что, братья? – спросил он. – Кто со мной?
В толпе раздались одобрительные возгласы.
– Мы с тобой, Ефим! – крикнул кто-то.
– Мы тебя поддержим! – поддержал другой.
Ефим усмехнулся. Он знал, что он прав. Он знал, что они правильно поступают.
Он посмотрел на Марфу.
– А ты, Марфа? – спросил он. – Ты с нами?
Марфа молчала. Она боялась. Боялась Ефима, боялась толпы, боялась того, что произойдет завтра.
– Я… я не знаю, – прошептала она.
– Ты должна быть с нами! – сказал Ефим. – Ты должна поддержать нас!
Марфа заплакала. Она не знала, что делать. Она хотела верить в добро, но вокруг было столько зла.
Ефим отвернулся от нее.
– Ладно, – сказал он. – Не хочешь – не надо. Мы и без тебя справимся.
Он посмотрел на отца Павла.
– А вы, отец Павел? – спросил он. – Вы с нами?
Отец Павел вздохнул. Он понимал, что не может отступить. Он должен быть с людьми. Он должен поддержать их в трудную минуту.
– Я… я с вами, – сказал он.
Ефим усмехнулся. Он знал, что он победил. Он знал, что завтра утром они сожгут Инессу на костре.
И в этот момент ему показалось, что он слышит тихий шепот. Шепот, который проникает в самую душу.
Шепот обвинений…
Утро выдалось серым и промозглым. Низкие облака повисли над деревней, словно грязная пелена, давя своим весом на дома и людей. Холод пробирал до костей, несмотря на то, что печи топились с самого рассвета. Казалось, сама природа оплакивает предстоящее событие.