– Анна, дочь мельника Томаса, ты предстала перед Святой Инквизицией, чтобы ответить на обвинения в ереси, колдовстве и сговоре с темными силами, – начал Августин, его голос звучал ровно и бесстрастно. – Признаешь ли ты себя виновной?
Анна молчала. Она подняла голову и посмотрела на инквизитора с вызовом.
– В чем меня обвиняют, господин инквизитор? – спросила она, ее голос, несмотря на страх, звучал твердо.
Августин нахмурился. Он ожидал сломленного покаяния, а не дерзкого вопроса.
– Ты прекрасно знаешь, в чем тебя обвиняют, – ответил он, его голос стал жестче. – Не притворяйся невинной. Показания свидетелей, улики, найденные в твоем доме – все говорит против тебя.
– Какие свидетели? Какие улики? – настаивала Анна. – Я не понимаю, о чем вы говорите.
– Хватит притворяться! – рявкнул один из стражников, замахнувшись на нее.
– Остановитесь! – приказал Августин, подняв руку. – Дайте ей шанс ответить.
Он снова повернулся к Анне.
– Тебя обвиняют в использовании колдовства для причинения вреда скоту и урожаю, – сказал Августин. – Тебя обвиняют в общении с духами и участии в ночных шабашах. Тебя обвиняют в отречении от Бога и служении дьяволу. Что ты на это скажешь?
Анна покачала головой.
– Это ложь, – сказала она. – Все это ложь. Я никогда не делала ничего подобного.
– Тогда объясни, как ты можешь объяснить гибель скота в деревне? – спросил Августин. – Как ты можешь объяснить странные болезни, поразившие людей?
– Я не знаю, – ответила Анна. – Я просто крестьянка. Я не понимаю этих вещей.
– Ты говоришь, что ты крестьянка, – сказал Августин. – Но почему тогда в твоем доме были найдены книги по травничеству и алхимии? Почему у тебя были найдены амулеты и талисманы, происхождение которых ты не можешь объяснить?
– Это лекарства, – ответила Анна. – Я использую травы для лечения больных. Амулеты – это просто украшения, которые мне подарили.
– Лекарства? – усмехнулся Августин. – Ты пытаешься убедить нас, что ты занимаешься целительством? Но ведь церковь запрещает заниматься лечением без разрешения священника.
– Я знаю, – ответила Анна. – Но я помогаю людям. Я не могу отказать им в помощи, когда они больны.
– Ты ослушаешься церкви? – спросил Августин, его голос звучал как приговор.
– Я не хочу ослушаться церкви, – ответила Анна. – Но я считаю, что помогать людям – это правильно.
– Твоя гордыня ослепляет тебя, – сказал Августин. – Ты считаешь себя лучше других? Ты считаешь, что можешь решать, что правильно, а что нет?
– Я не считаю себя лучше других, – ответила Анна. – Я просто хочу делать добро.
Августин вздохнул. Он видел, что Анна не признает своей вины.
– Мы дали тебе шанс покаяться, – сказал он. – Но ты отказалась. Теперь нам придется использовать другие методы.
Он повернулся к отцу Маркусу.
– Отец Маркус, – сказал Августин. – Выведите ее в комнату допросов. Попытайтесь убедить ее признаться.
Отец Маркус кивнул и подошел к Анне.
– Пойдем со мной, – сказал он. – Я хочу поговорить с тобой.
Анна посмотрела на него с недоверием.
– Зачем? – спросила она. – Ты все равно мне не поверишь.
– Я хочу попытаться, – ответил отец Маркус. – Я хочу понять, что происходит.
Анна молча поднялась с колен и пошла за отцом Маркусом. Стражники последовали за ними.
Когда они вышли из зала заседаний, Августин вздохнул и потер переносицу.
– Что вы думаете об этом деле, отец Маркус? – спросил он нотариуса.
– Я не знаю, господин инквизитор, – ответил нотариус. – В ее словах есть какая-то правда.
– Правда? – усмехнулся Августин. – Правда в словах еретички? Не смешите меня.
– Я не знаю, еретичка она или нет, – ответил нотариус. – Но я вижу, что она страдает.
– Страдания – это неизбежная часть правосудия, – сказал Августин. – Если она виновна, она должна понести наказание.
– Но если она невиновна? – спросил нотариус.
Августин замолчал. Он не знал, что ответить.
В комнате допросов было холодно и сыро. Каменные стены были покрыты плесенью, а в углу стоял стол с различными инструментами пыток. Анна с ужасом огляделась.
– Садись, – сказал отец Маркус, указывая на деревянную скамью.
Анна села и сжала руки в замок. Она чувствовала, как ее сердце бешено колотится в груди.
– Я хочу поговорить с тобой, – сказал отец Маркус. – Честно поговорить.
– О чем ты хочешь поговорить? – спросила Анна.
– О том, что произошло, – ответил отец Маркус. – О гибели скота, о болезнях, о книгах и амулетах.
– Я уже все объяснила, – сказала Анна. – Ты мне не веришь.
– Я хочу верить, – ответил отец Маркус. – Но мне нужны доказательства.
– Какие доказательства я могу тебе предоставить? – спросила Анна. – У меня ничего нет.
– Расскажи мне все с самого начала, – попросил отец Маркус. – Не утаивай ничего.
Анна вздохнула и начала рассказывать. Она рассказала о своей жизни в деревне, о своей любви к травам и лечению больных, о своей вере в Бога. Она рассказала о том, как ее обвинили в колдовстве, о том, как ее арестовали и привезли в инквизицию.
Отец Маркус внимательно слушал ее, не перебивая. Он видел, что она искренна. Но он также знал, что ее искренности недостаточно, чтобы доказать ее невиновность.