– Успокойся, Михал! Уж это бы отец простил. Особенно сегодня… И с чего ты взял, что это я Иветку подослал?
– Решил отомстить за набитую морду. Знаешь, у меня нет настроения зубоскалить. Так чего ты приперся? – граф Иверский сложил руки на груди и выжидающе уставился на друга.
– Михал, я пришел извиниться, – Всеслав мгновенно стал серьезным. – Ты вправе требовать…
– Чего? Смерти? Так она мне не нужна. Побереги жизнь для молодой жены. Будешь гулять налево и направо – она сама тебя убьет. Я не понимаю, как можно быть таким… Ты же сам просил руки моей сестры.
– Я не знаю, как все получилось… – начал оправдываться сын барона, виновато потупив глаза в пол. – Утром нас застал отец… Я не мог отказаться от свадьбы.
– И наверняка, не хотел? Я знаю твои пристрастия. Леди Анетта им полностью соответствует…
– Дело не в этом, а в чести.
– В чести?! Вон как ты заговорил! О чести вспомнил!.. О своей чести!.. – прогремел лорд.
– О чести леди.
Глаза Михала грозно сверкнули.
– А о моей сестре ты подумал? Ты не забыл, что и у нее честь есть? – он оперся рукой о крышку стола и рявкнул прямо в лицо другу: – О моей чести ты тоже не подумал!
– Я… – Всеслав поднялся.
– Ты знаешь, что я ударил свою сестру?!! Из-за тебя, гад, ударил! Я стал для нее врагом! Единственное родное создание считает меня чудовищем и ненавидит… А самое отвратительное во всей этой истории, что я из-за этого наговорил гадостей Кае. Обидел ее… Сильно обидел… Ты понимаешь, похотливый козел?! Обидел девушку, которую люблю!
Всеслав сник:
– У меня не было выбора. Я не мог опорочить доброе имя Анетты…
Михал презрительно усмехнулся.
– Порой обстоятельства сильнее нас… Признаю… – наследник барона тяжело вздохнул: – Еланта для меня всегда была желанна… но когда я увидел ее после вашей беседы, осознал, что не должен был просить ее руки… но было уже поздно… Мне надо было сразу отказаться, только вот страх потерять друга остановил. Когда я встретил Анетту, то окончательно понял, что не люблю твою сестру… А там все завертелось…
Граф молча посмотрел в глаза друга.
– Без любви счастья не будет, – продолжил тот. – Елька освободилась от ненавистного жениха… Теперь ты волен выдать ее за того, кого хочешь. Помнится, барон Дортон интересовался твоей сестрой…
– Всеслав! Заткнись!
– И не забудь про мага в черном… Кажется, он тоже глаз на нее положил.
– Всеслав! Заткнись, ради всех святых! – словно дикий зверь, взревел Михал.
– Михал, ч-что с тобой? – опешил Всеслав, не ожидавший такой ярой вспышки гнева.
Молодой лорд стал мрачнее тучи и процедил:
– Он мне жизнь спас…
Сын барона Антарского удивленно присвистнул, опускаясь в стоящее у стола кресло:
– Ты хочешь сказать, он здесь, в Антаре?
– Демоны только знают, где он может сейчас быть! Наверно, этот маг и свернул шею сопливому Зданко, – предположил Михал, постепенно успокаиваясь. – Я не видел… Думаю, человек в черном какое-то время прикрывал мою спину.
– Поэтому ты так разбушевался? – догадался Всеслав.
– Я обязан жизнью врагу! Как бы ты себя чувствовал в таком случае? А? – лицо молодого графа стало непроницаемым.
Всеслав понял, что друг в ярости.
– Ну, я… – замялся он. Ему трудно было представить, как бы он сам вел себя в подобном случае, и решил переменить тему: – Михал, я еще с поручением от отца к тебе пришел. Обдумай его предложение, пока будешь собираться к застолью. Отец считает, что выкуп за графа и всех остальных рыцарей должен назначить и получить ты, а с лордом Зыхом мы сами разберемся. Понимаешь… это семейное дело…
– Хорошо, я подумаю…
С наступлением сумерек Мирослав и Кая добрались до охотничьей избушки. Путь, выбранный оборотнем, оказался намного короче, чем тот, по которому Радек вез девушку. К счастью путников, одна из сбежавших лошадей вернулась к домику и радостным ржанием приветствовала их. В седельных сумках молодые люди обнаружили еду. Этим и поужинали.
Кая, завернувшись в одеяло, лежала на звериных шкурах, но, несмотря на усталость, не могла уснуть. Она вспоминала события прошедшего дня, обдумывала сказанное спасителем. Он сидел за столом и смотрел на танец язычков пламени в очаге. Легкие тени играли на его лице.
Девушка села. Оборотень посмотрел на нее:
– Не спится?
– Да.
– Ты все еще боишься меня?
Она отрицательно покачала головой.
– Мирослав, не знаю почему, но я волнуюсь за Радека.
– Ничего с парнем не случится. Там неподалеку деревня. Дотопает…
– Он, конечно, причинил мне много неприятностей но…
– Понимаю. Он молод, горяч и влюблен… А влюбленные часто делают глупости… И я не исключение, – он грустно усмехнулся. – Поэтому и не свернул ему шею, хотя очень хотелось. Очень… Наверно, пожалею, что сохранил жизнь ничтожеству…
– Ты дал человеку шанс. Возможно, он поймет свои ошибки.
– Кая, ты умеешь прощать и видишь в людях не только их недостатки… Хочется верить, что Михал все-таки оценит эти достоинства… Хотя, демон его возьми, он не заслуживает такой девушки, как ты.
Служанка улыбнулась.
