Смеркалось. Наследник барона Антарского стоял возле главных ворот и отдавал необходимые распоряжения. Погода немного улучшилась: неприятный мокрый снег прекратился, но порывы сильного ветра сдували с головы юноши капюшон. Всеслав после многократных попыток вернуть его на голову, выругавшись, сдался, и теперь воздушный разбойник с нескрываемой издевкой трепал во все стороны необыкновенно светлые волосы.
Через ворота при свете трепещущих огней факелов медленно тянулся обоз крестьянских саней из ближайшей к крепости деревни. Селяне везли свой скромный скарб, собранный на скорую руку, гнали скот, некоторые ухитрились прихватить с собой по несколько кур, упрятав их в плетенные из лозы коробы. Понукающие возгласы, детский плач, рев скота, скрип саней и сбруи смешивались в один гул с бряцаньем доспехов и оружия, стуком кузнечных молотов, крепкими словечками вояк, громкими приказами командиров. Все это тупой болью отзывалось в висках Всеслава, проведшего неспокойную ночь и теперь мечтающего как можно скорее добраться до спасительной постели.
Всё идет как надо: замок готовится к обороне, крестьяне укрываются за его стенами – все знают свою работу и выполняют ее наилучшим образом. Отвернувшись в сторону, юноша зевнул. Будь его воля, он бы уснул даже где-нибудь в уголке кузницы под громкий звон обрабатываемого железа и тяжелые вздохи раздуваемых мехов. Всеслав качнул головой и встрепенулся, разгоняя сон. Мимо прошла неказистая девица с выцветшей рыжей косой, и тут же перед глазами наследника барона Антарского всплыл образ другой рыжей девушки, необыкновенно волнующей и желанной. Ох, уж этот папа со своими приличиями и требованием извиниться перед гостьей! Ну, извинился, и что? Стало легче? Да не стало! Проблем только добавилось.
– Всеслав! – послышался за спиной женский голос.
Юноша обернулся. Перед ним стояло живое воплощение его грез, закутавшееся в длинный, отороченный мехом черно-бурой лисы плащ.
– Что ты… вы здесь делаете? – с нескрываемым удивлением спросил он.
Анетта, потупив глаза, немного помолчала, а затем, посмотрев на парня, ответила:
– Я же говорила, что не могу спокойно сидеть в комнате, когда здесь нужна моя помощь.
– Вам здесь делать…
– Я там, где мне следует быть! – твердо заявила девушка.
– Тебе вообще в Антаре находиться не полагается! – вспылил наследник барона, разозлившись на девицу, такую же настырную и неугомонную, как ее папаша. Она, наверно, собирается преследовать его всю оставшуюся жизнь, которая, возможно, очень скоро оборвется. Не будь отец Анетты виновен в смерти его старших братьев, не являйся девушка причиной грядущей междоусобицы, не посватайся он, Всеслав, к Еланте – и мысли бы не возникло отказаться от такой преследовательницы, но сейчас… Сейчас не время… «Не время», – напомнил он еще раз себе и, совладав со своими чувствами, ровным голосом произнес: – Миледи, в очередной раз прошу простить меня. Ваше присутствие здесь излишне…
– Всеслав из Антары, не надо высокопарных слов, – перебила его девушка. – Кто эти люди? – поинтересовалась она, кивнув в сторону движущихся селян.
– Крестьяне из Мирны, деревеньки, расположенной неподалеку отсюда. Возможно, с ними люди и из других наших деревень.
– Я могу помочь…
– Не надо, – коротко бросил Всеслав и отвернулся.
Она хотела еще что-то сказать, но заметила, что внимание юноши привлекла ссора, вспыхнувшая среди прибывших крестьян. Мужчины, вероятно, что-то не поделили, и теперь один из них, что постарше, яростно поливал другого оскорблениями, а тот вяло отбрехивался и все норовил затеряться среди обступивших спорщиков людей.
– Простите, миледи. Стойте здесь, – бросил молодой человек и, отдав приказание следовать за ним двум находившимся неподалеку воинам, направился к зачинщикам ссоры.
Соперники, видимо, исчерпав запасы красноречия, принялись молотить друг друга кулаками. Стоящий вокруг народ с интересом наблюдал за потасовкой, но почему-то разнимать их не спешил. Воины, сопровождавшие Всеслава, кинулись к драчунам. Вскоре дебоширы, успокоенные грубой силой, предстали перед наследником барона. Один из них, невысокий мужчина средних лет, с легкой проседью в русых волосах, держался спокойно и уверенно смотрел на молодого господина. Второй же, чуть моложе первого, худощавый, смуглый и темноволосый, явно нервничал. Он почему-то боялся встретиться с Всеславом взглядом и все время опускал глаза, когда тот начинал пристально смотреть на него.
– Что происходит? – строго поинтересовался сын хозяина Антары у старшего крестьянина.
– Да вот этот хмырь утверждает, что он из Солонечков, – ответил тот и кивнул головой в сторону смуглого. – А я часто бываю в этой деревне, сестра у меня в ней живет, но этакой темной рожи там никогда не видел.
– Что скажешь? – Всеслав перевел взгляд на второго мужчину.
– Да баба у меня в Солонечках… – начал было темноволосый.
– Брешет он! – перебил его старший. – Пусть имя назовет, поганец.
– Ну? – молодой человек выжидающе уставился на обвиняемого во лжи.
– Веселая Эдытка, – последовал ответ.
