– Врёшь, – с лёгкой усмешкой парирует Феникс, но затем его голос становится более серьёзным. – Твой отец…
– Замолчи, – резко обрывает Арген. – Мы не станем об этом говорить.
Феникс смотрит на него с вызовом, но переводит взгляд на меня. Он садится рядом и нежно проводит рукой по моим волосам.
– Ригель…
Я открываю глаза и сажусь.
– Простите меня, – говорю тихо. – От избытка эмоций я…
– Я отвезу тебя домой, – предлагает Арген, но я отрицательно качаю головой.
– Подожди. Я хочу кое-что вам рассказать, – говорю я, бросая взгляд то на одного, то на другого. – Ты в курсе того, что произошло на фестивале?
Арген хмурится, а Феникс задумчиво смотрит на меня.
– Рея оказалась сестрой Аргена, – наконец произносит Феникс, поднимая бровь. – Твой отец всегда был таким…
Феникс стискивает зубы, его взгляд затуманен.
– Неважно, – бросает он, но я чувствую, что за этим ответом скрывается что-то большее. – Эта информация изменит всё, – наконец произносит он. – Совет проводят в ближайшее время, а власть передадут вам. Ты готова к этому?
– Да, Феникс.
– Я буду рядом, – тихо обещает он.
– Тебе только повод нужен, чтобы быть поблизости, – фыркает Арген.
Я сомневаюсь, стоит ли делиться тем, что мне известно о тайном обществе, но решаю рассказать.
– «Красная гвоздика» связалась со мной и рассказала про Рею перед тем как оповестила об этом всю Атлантиду, – говорю я.
– Это правда? – хором спрашивают они.
Я киваю.
– Они хотят, чтобы я присоединилась к ним и помогла убрать Совет.
– Ясно как день, что они хотят захватить власть, – зло отвечает Арген. – Не верь им!
– И какое решение ты приняла? – мягко спрашивает Феникс.
– Я никому об этом не рассказывала, – признаюсь я. – Я не была уверена, что это правда.
Мужчины переглядываются, но на этот раз они выглядят так, словно они очень сильно боятся за меня.
– И есть ещё кое-что… – мой голос дрожит, слова будто вырываются из глубины души.
– Что случилось? – напряжённо спрашивает Арген, его лицо становится мрачнее с каждой секундой.
Я замечаю, как он бледнеет, а его ладони сжимаются в кулаки так, что костяшки напрягаются.
– Ауст был у меня утром, – говорю я тихо, но эти слова звучат как гром среди ясного неба.
– Что?! – рявкает Феникс, и его глаза вспыхивают яростью.
– Что? – эхом повторяет Арген, но его голос звучит более глухо, словно он уже знает, что услышит дальше.
Феникс подскакивает к Аргену, яростно тычет пальцем ему в грудь.
– Так ты организовал её безопасность?! – кричит он, гнев в его голосе почти ощутим. – О чём ты вообще думал?!
Арген молчит, его взгляд мечется между мной и Фениксом. Я вижу, как растерянность охватывает его, как он пытается найти правильные слова.
– Ригель… – выдыхает жених, делая шаг ко мне, будто между нами пропасть, которую он должен преодолеть.
Он резко отталкивает Феникса и обхватывает меня руками, притягивая к своей груди. Я чувствую, как дрожит его дыхание.
– Что с тобой? – тихо спрашиваю я, заглядывая в его лицо, но он не поднимает взгляд.
– Он что-то сделал? Что происходило? – его голос становится хриплым, в нём слышится паника.
– Он трогал… – я опускаю глаза, боясь сказать это вслух, но мне и не нужно продолжать.
Эти слова превращаются в спусковой крючок. Стакан с виски, который мирно стоял на столе, с громким звоном разбивается о стену.
– Ублюдок, – рычит Феникс, его лицо искажено яростью.
Арген ещё крепче прижимает меня к себе, словно пытается спрятать от мира.
– Посмотри на меня, – говорит он твёрдо, его руки сжимаются на моих плечах. Я поднимаю взгляд и встречаю его глаза.
– Больше он никогда не тронет тебя. Даю слово, – его голос звенит от сдерживаемой ярости, но в его глазах непреклонная решимость.
– Я всегда выполняю свои обещания, – добавляет он, и в этот момент его голос звучит как клятва.
Они с Фениксом обмениваются взглядами, полными ярости и негласного понимания.
– И прости меня, – Арген наклоняется ближе, его голос становится мягче, но я слышу, как дрожит его дыхание. – Это мой промах, который я никогда себе не прощу…
Его слова отдаются в груди тяжёлым эхом, и я молчу, не зная, что сказать. Но в этот момент я понимаю: он сделает всё, чтобы защитить меня.
Семейная столовая тонула в полутьме. Пламя нескольких свечей дрожало, отражаясь в тонкой позолоте столового серебра.
Лисса стояла в центре, неподвижная, словно застигнутая бурей собственных воспоминаний. В её глазах мерцали тени прошлого, а лицо, озарённое тусклым светом, выглядело таким же печальным, как и её мысли. Она тяжело вздохнула, осматривая пустую комнату. Её взгляд цеплялся за детали – резные ножки стульев, потертости на краях стола.
– Рея… – имя сорвалось с её губ почти неслышно, будто шёпот собственной памяти.
Когда-то здесь всё было иначе. Этот дом был наполнен смехом, теплом, ощущением дома. Они сидели за этим столом всей семьёй – разговаривали, смеялись, делились мечтами. Тогда Рея была маленькой девочкой, восхищённо глядящей на свою старшую сестру.
– Рея всегда смотрела на тебя с таким восхищением, – тихий голос бабушки Новы вырвал Лиссу из воспоминаний.
