– Бабушка? Я не слышала, как ты вошла, – отозвалась она, оборачиваясь.
Нова, на вид усталая, села на один из стульев. Её глаза, обычно проницательные и спокойные, сейчас выглядели тусклыми.
– Всё изменилось.
Нова кивнула, её взгляд потяжелел.
– Да, дорогая. Всё меняется. Иногда мы ничего не можем с этим поделать. Но знаешь, есть вещи, за которые нужно бороться. Наш род – одна из них.
Лисса молчала, чувствуя, как её сердце сжимается. Воспоминания вспыхнули перед глазами, болезненные как ожог.
– Я верну величие нашему дому, – твёрдо сказала Лисса. – Обещаю.
Глаза Новы на миг заблестели.
– Ты сильная, Лисса. Нам нужны такие, как ты. Только помни: сила – это ещё и ответственность.
Позже в столовой послышались шаги. Лисса обернулась, и сердце болезненно сжалось.
– Мама, – едва слышно прошептала она.
Индис вошла в комнату, её движения были напряжёнными, лицо измождённым.
– Лисса, я знала, что ты здесь, – её голос звучал так, будто каждое слово давалось ей с трудом.
Дочь не ответила, напряжение между ними было почти осязаемым.
– Я знаю, что ты не поймёшь меня, – продолжила Индис. – Но я сделала всё это ради нас.
Слова матери взорвались в Лиссе вулканом эмоций. Она обернулась, её взгляд был холодным как лёд.
– Ради нас? Ты предала нас, предала отца, нашу кровь… Ради чего? Чтобы быть с этим человеком? С ним?!
Индис дрогнула, но продолжала смотреть на дочь.
– Сердцу не прикажешь, Лисса. Ауст спасал меня, он был рядом, когда мне это было нужно. Он… он понимал меня.
– Он использовал тебя! – Лисса подошла ближе, её голос звенел гневом. – Ты позволила врагу проникнуть в нашу семью. Ты думаешь, я позволю Рее остаться в нашем доме после этого? Она – их оружие!
Индис пошатнулась, её лицо исказилось от боли.
– Она твоя сестра! Твоя кровь!
– Она – результат твоей слабости, – отрезала Лисса. – Я никогда не стану такой, как ты.
Слова разрывали их связь, и в этот момент обе женщины поняли, что между ними теперь навсегда пролегла непреодолимая пропасть.
Индис беззвучно заплакала, опускаясь на колени. Лисса отвернулась, сдерживая свои собственные слёзы. Она знала, что путь, который она выбрала, будет трудным и одиноким. Но у неё не было другого выхода.
Лисса сидела на каменной скамье, уронив подбородок на сложенные ладони. Ткань её лёгкого платья касалась пола, а свет фонарей с кристаллами, висящих на ветвях деревьев, отбрасывал длинные тени на мозаичный пол. Её тонкие пальцы играли с виноградной гроздью.
– Я всё думаю, как это будет, – задумчиво проговорила она.
Рея стояла неподалёку, опираясь на колонну. В её позе была вызывающая расслабленность, но глаза светились пытливостью. Она срезала острым ножом одну крупную виноградину и ловко закинула её в рот, как будто занимала себя чем-то более важным, чем разговор.
– Ты про что? – спросила она безразличным тоном.
– Как я буду править, – Лисса наконец подняла глаза.
– Ну, это очевидно, – усмехнулась Рея. – Ты будешь такой же как Нова: красивой, строгой и холодной.
Вала, сидевшая на ступенях павильона, подняла на неё взгляд. Её густые каштановые волосы были заплетены в тугую косу, а белое платье, почти без украшений, напоминало о той простоте, к которой она стремилась.
– Это неправда, – тихо сказала она, но её голос прозвучал уверенно. – Ты знаешь, что Лисса не будет похожа на бабушку. Она не такая.
Рея бросила на неё косой взгляд:
– Почему ты так уверена?
– Потому что она хочет изменить то, как всё устроено, – Вала поднялась на ноги, теперь её голос звучал теплее. – Она не хочет просто править. Она хочет служить Атлантиде.
– А ты? – спросила Рея, её тон стал чуть мягче. – Ты ведь мечтаешь стать жрицей, верно?
Вала кивнула. Её взгляд затуманился, как будто она мысленно перенеслась куда-то далеко.
– Да. Это моё место. Жрецы понимают суть мира, его ритмы, его дыхание. Они создают гармонию. Я хочу быть частью этого.
Лисса посмотрела на неё с лёгкой завистью, но улыбнулась:
– Ты всегда знала, кем хочешь быть. Я думаю, мне ещё предстоит это понять.
– Тебе не нужно это понимать. Это внутри тебя, Лисса. Ты рождена, чтобы быть светом и править.
На этот раз Рея не фыркнула и не усмехнулась. Она просто молча смотрела на Валу, а затем перевела взгляд на Лиссу.
– Если ты будешь светом, – тихо сказала она, – тогда я, наверное, стану тьмой.
Лисса нахмурилась, собираясь возразить, но Рея уже отвернулась, её силуэт растворился в сгущающемся полумраке сада.
Вала положила руку на плечо сестры:
– Не слушай её. Она говорит глупости.
Лисса кивнула, но её сердце внезапно сжалось. Слова Реи звенели в её голове, как предсказание, которому она боялась поверить.
