– Такая красивая и хрупкая. Венец творения! – восхищаюсь я.
– Ригель! – лучезарная улыбка Феникса освещает всё вокруг. На мгновение, залюбовавшись им, теряю дар речи.
– Братец, – улыбаюсь я. В его глазах пляшут озорные искры, но услышав моё приветствие, он еле заметно и смешно морщит нос. На несколько недолгих мгновений наши взгляды встречаются, секундное молчание, будто испытание для нас обоих.
Он протягивает мне руку, и я вкладываю свою ладонь, чувствуя, как он нежно сжимает мои пальцы.
– Что ты делаешь? – высвобождаюсь и усмехаюсь, глядя ему в глаза.
– Пойдем со мной. Арген ждёт нас, – говорит он.
Яркое солнце ослепляет, поэтому я не сразу замечаю тихого мальчика, любующегося океаном. Феникс ухмыляется и подкрадывается к нему со спины.
– Я знаю, что это ты, – Арген поворачивается и застаёт друга врасплох. Но Феникса это только сильнее забавляет.
– Даже сейчас ты похож на каменного истукана!
Арген был вечно недовольным и холодным, словно льдина. Но он всегда был в центре внимания, притягивая взгляды всех девочек вокруг.
Ловлю на себе взгляд Аргена. Молчаливый и суровый, похоже, вот-вот прожжёт во мне дыру. Кажется, я и сама превращаюсь в одну из этих влюблённых дурочек.
Он переводит глаза с меня на Феникса, будто знает какую-то тайну, известную лишь ему одному.
– Когда вы войдёте в Совет, то совсем про меня забудете, – говорит Феникс, смотря то на меня, то на Аргена.
– Но ты тоже часть рода Марса. И так будет всегда, – говорю я. – Думать о правлении слишком рано. До этого ещё очень далеко.
– Но это не значит, что этого не случится. Испокон веков четыре рода возглавляют Совет. Придёт и ваше время, – Феникс пытается сдержать горечь собственных слов.
– Я не забуду вас, – говорит Арген.
– Потому что у тебя больше нет друзей?
Арген закатывает глаза и отвешивает звонкую оплеуху моему братцу.
– Нет. Ты слишком глуп, а я хочу увидеть венец твоей глупости.
– Тогда пусть Ригель будет свидетелем нашей клятвы! – Феникс нежно обнимает меня за плечи и прикусывает длинную травинку, глядя на горизонт.
– Знаете, что я сейчас делаю?
– Пристаёшь к собственной сестре? – от слов Аргена у меня перехватывает дыхание.
– А не от ревности ли ты говоришь это, Арген?
Я чувствую, как предательский румянец заливает всю мою кожу.
– Даже думать о таком неприлично! – говорю я, борясь с нахлынувшими чувствами. – Арген, ты рехнулся?
– Не больше вашего.
Но всё же, находясь рядом с ними двумя, я всегда испытывала смешанные чувства. Феникс и Арген такие разные, но в каждом было нечто, что притягивало меня, как магнит. Феникс был солнечным светом, ярким и тёплым, его лёгкость и смех были источником радости. Он был тем, кто всегда заставлял меня улыбаться, его искренность и непосредственность наполняли моё сердце светом.
Арген же был таинственным и загадочным, как лунный свет, холодный, но притягательный. Его спокойствие и глубина мыслей вызывали во мне желание разгадать его тайны, узнать, что скрывается за его ледяным взглядом. Он заставлял меня чувствовать себя иначе, его присутствие будоражило воображение и наполняло мою душу странным беспокойством.
Каждый момент, проведённый с ними, был полон противоречий. Я чувствовала себя в ловушке между ними, испытывая одновременно радость и волнение. Их дружба и вечные перепалки казались мне чем-то естественным и неизбежным, и я всегда была частью этого.
Когда Феникс смеялся и тянул меня за собой, я забывала обо всём на свете, наслаждаясь каждым мгновением. А когда Арген смотрел на меня своими холодными глазами, я ощущала, как по коже пробегает дрожь, и не могла понять, вызывает ли это страх или восхищение.
Я знала, что между нами есть нечто особенное, что невозможно объяснить словами. И хотя эти чувства были запутанными и сложными, я не могла отказаться от них. Каждый из них был для меня важен по-своему, и я не представляла свою жизнь без них.
Феникс весело смеётся шутке друга, крепче прижимая меня к себе.
– Ригель.
Моё имя срывается с его губ лёгким шёпотом, ласкающим слух. Кузен неловко улыбается, но продолжает смотреть на меня, о чём-то думая.
