Тень Луны полностью

Каждое его слово впивается в моё сознание, вызывая внутренний протест и настороженность.

– Я больше не собираюсь быть пешкой ни в чьих руках, – отвечаю холодно.

– Верю, что ты можешь стать влиятельнее. Используй эту информацию, чтобы стать сильнее. Совет изжил себя, власть атлантов может быть усилена. Если в Атлантиде ничего не изменится, она погибнет.

– Но Атлантида исчезнет, если не будет Совета! – восклицаю я.

– Ты ошибаешься. Сейчас ты живёшь по чужому плану. Не думала ли ты, что это заговор? – он медлит, давая мне время осмыслить его слова. – Заговор, который может привести к краху всей Атлантиды.

Он продолжал говорить, раскрывая шокирующие факты.

– Советник Ауст и советница Индис, глава рода Венеры, имели тайную связь, результатом которой стала Рея.

– Рея – сестра Аргена? – недоверчиво переспрашиваю я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

Голограмма медленно растворяется в воздухе, оставляя меня в полной растерянности. Всё услышанное кажется слишком невероятным, чтобы быть правдой. С трудом усаживаюсь на кровать, закрываю лицо ладонями, пытаясь осознать значение этих слов.

Но размышления придётся оставить на потом. Сейчас мне нужно найти Кироса и убедиться, что с ним всё в порядке. Быстро направляясь к двери, в этот раз замок поддаётся с лёгкостью, и быстрым шагом устремляюсь в гостиную.

Андроид стоит посреди комнаты, застыв в неподвижности, словно статуя. Его фигура, замершая в моменте, когда он спешил ко мне на помощь, вызывает странное чувство вины. Кирос кажется удивительно живым даже в отключенном состоянии – его лицо, с застывшим выражением тревоги, выглядит таким человеческим, что у меня сжимается сердце.

Подхожу ближе и замечаю, как небольшой датчик у него за ухом мигает красным. Осторожно касаюсь кнопки, пытаясь включить его, но ничего не происходит. Он неподвижен. Сердце замирает, и на мгновение страх обжигает меня – неужели он действительно сломался? Глаза невольно пробегают по идеальным линиям его тела.

– Я могла бы притвориться учёной, – говорю, проводя рукой по его плечу. – Ведь исследования так важны…

Внутри меня вспыхивает смущение, смешанное с любопытством. Интересно, как он устроен? Как функционирует это совершенное сочетание техники и живого облика?

Коснувшись его щеки, чувствую, как холодный металл под кожей странно перекликается с теплом моего тела. Ощущение хрупкости момента, странная смесь желания, страха и тоски захватывает меня. Вульгарные мысли мелькают в голове, вызывая красноречивый румянец на щеках. Но вместо того, чтобы отступить, я делаю шаг вперёд и обнимаю его – холодный, тяжёлый, но всё же такой родной.

– Кирос… Вернись ко мне. Ты обещал всегда быть рядом.

В голове мелькают мысли, от которых я тут же начинаю краснеть. Неловкость захватывает меня целиком, руки невольно дрожат, когда я прикасаюсь к его груди.

Что-то внутри шепчет, что это неправильное любопытство, но я не могу противостоять этому странному влечению.

Насколько он отличается от настоящего мужчины? Какие секреты скрывает это совершенное создание?

Мои пальцы скользят вниз, ощущая твёрдую структуру, скрытую под синтетической кожей, и моё сердце ускоряет свой ритм.

Что со мной происходит?

Линии его тела настолько безупречны, что каждый изгиб кажется созданным для того, чтобы завораживать и притягивать. Я невольно сравниваю его с теми, кого знала раньше.

– Это всё глупо, – шепчу я, пытаясь убедить себя отступить. – Но… ты всегда выглядел таким интересным, Кирос. Какая же я безумная. Что творю? Кручу братом, Аргеном, теперь ещё и интерес к андроиду…

Я касаюсь его волос, поражённая их мягкостью. Сложно поверить, что передо мной робот. Он такой… настоящий.

Рука невольно замирает у его лица, пальцы касаются губ, и в груди разгорается острое чувство вины за то, что позволяю себе подобные мысли и действия. Кожу обжигает жар смущения, но оторваться невозможно.

Что, если он мог бы почувствовать это? Понял бы мои эмоции?

Я подхожу к нему ближе, рука мягко скользит по его стальному прессу. Поразительно, насколько он напоминал настоящего мужчину, даже в малейших деталях. Контуры тела, обтянутого кожей, выделялись под пальцами, каждый мускул выглядит чётким и совершенным. Я нерешительно поднимаю его футболку, затаив дыхание, разглядывая идеальный рельеф мышц.

– Выглядит как бог, – размышляю я, чувствуя, как щёки заливает румянец. – Я такая неопытная… Кирос мог бы меня научить.

Пухлые, соблазнительные губы робота притягивают меня, словно магниты.

– Всегда было интересно… Есть ли у него… мужское достоинство, а если есть, то какое оно?

Меня пронзает неожиданная мысль, и я опускаюсь перед ним на колени, осторожно потянувшись к ремню. Моё сердце бьётся в груди так громко, что кажется, весь мир слышит его. Руки дрожат, когда я расстегиваю ремень и на мгновение замираю, поймав своё отражение в его неподвижных глазах.