- Вы правы! - вскочил Портер. - Вот где слабое место! Да задумай Айрис разделаться с миссис Скотт, что же, она, по-вашему, не нашла бы как подкараулить ее без свидетелей? Нет, мы на ложном пути. Но ведь возможно и другое решение! Хорошо, кроме этих троих в "Укромном" саду действительно никого не было - с этим все ясно, не спорю. Ну, а если все произошло совсем иначе? Представьте: Джимми Алленсон стреляет сначала в миссис Скотт, потом в себя! Падая, он отбрасывает пистолет, а миссис Стейвертон, как она и объяснила, поднимает его с земли. Так ведь могло быть? А?
Инспектор сурово покачал головой.
- Не пойдет, майор Портер. Если бы капитан Алленсон стрелял в себя, он должен был приставить пистолет к своей груди, и тогда ткань на его одежде была бы опалена.
- Он мог держать пистолет в вытянутой руке!
- А зачем? Это совершенно бессмысленно! К тому же какой у него мог быть мотив?
- Да мало ли какой? Может, он просто свихнулся, - пробормотал Портер, впрочем, без особой убежденности. Потом он снова замолчал и наконец решительно обернулся к гостю:
- Так как же, мистер Кин?
Тот развел руками.
- Я ведь не волшебник и даже не криминалист. Но мне кажется, что иногда бывает очень полезно вспомнить свои первые впечатления. Даже если дело зашло в тупик, всегда найдется какая-то зацепка, какое-то мгновение, стоящее перед глазами, когда все остальное уже забылось. Думаю, что из всех присутствующих самым непредвзятым наблюдателем можно считать мистера Саттертуэйта. Итак, мистер Саттертуэйт, постарайтесь сейчас вернуться на несколько часов назад и сказать нам, какой момент вам запомнился больше всего. Что вас больше всего поразило? Выстрелы? Или вид лежащих на земле тел? Или пистолет в руке миссис Стейвертон? Не думайте о том, важно это или не важно - просто вспомните.
Мистер Саттертуэйт неотрывно глядел в лицо мистера Кина - как школьник, не совсем уверенно знающий урок.
- Нет, - медленно начал он. - Ни то, ни другое и ни третье. Лучше всего мне запомнилось, как я уже потом стоял над их телами и смотрел сверху на миссис Скотт. Она лежала на боку. Волосы у нее были растрепаны, а на мочке уха капелька крови.
И, едва договорив, он вдруг осознал всю важность сказанного.
- Кровь на мочке? Да, помню, - пробормотал Анкер-тон.
- Вероятно, сережка за что-то зацепилась во время падения, - добавил мистер Саттертуэйт.
Но объяснение прозвучало как-то не очень убедительно.
- Она лежала на левом боку, - сказал Портер. - Значит, и кровь была на левом ухе?
- Нет, на правом, - поспешил возразить мистер Саттертуэйт.
Инспектор кашлянул и тоже снизошел до участия в разговоре.
- Я нашел это в траве, - сказал он, показывая помятую золотую петельку.
- Бог ты мой! - вскричал Портер. - И отчего же, по-вашему, серьга разлетелась вдребезги? От падения, что ли?! Нет уж, скорее в нее угодила пуля!
- Ну конечно же! - воскликнул мистер Саттертуэйт. - Конечно, пуля!
- Но было всего два выстрела, - возразил инспектор. - Согласитесь, одной и той же пулей невозможно задеть человеку ухо и прострелить спину. А если допустить, что первая пуля вышибла ей из уха серьгу, а вторая убила, то как же тогда капитан Алленсон? Ведь не могло же их обоих уложить одним выстрелом? Разве что они стояли близко - совсем близко, лицом друг к другу. Да, но это невозможно! Разве что...
- Вы хотите сказать - разве что они стояли, крепко обнявшись? - загадочно улыбаясь, подсказал мистер Кин. - А почему бы и нет?
Присутствующие удивленно уставились друг на друга.
Алленсон и миссис Скотт? Сама мысль об этом казалась дикой.
- Но они же почти не знали друг друга! - выразил общее недоумение мистер Анкертрн.
- Не уверен, - задумчиво проговорил мистер Саттертуэйт. - Они могли знать друг друга гораздо лучше, чем мы полагали. Леди Синтия как-то обмолвилась, что прошлой зимой в Египте Алленсон спасал ее от скуки. А вы, - он обернулся к Портеру, - вы ведь сами говорили мне, что Ричард Скотт познакомился со своей женой прошлой зимой в Каире. Возможно, эти двое прекрасно знали друг Друга...
- Но они же даже почти не разговаривали, - возразил Анкертон.
- Верно, скорее даже избегали друг друга. Если подумать, это выглядело довольно странно...
И все посмотрели на мистера Кина, словно бы напуганные неожиданностью собственных выводов.
Мистер Кин встал.
- Вот видите, как нам помогло первое впечатление мистера Саттертуэйта! Он обернулся к Анкертону. - Теперь ваша очередь.
- Простите, не понял.
- Когда я вошел, вы были очень задумчивы. Так вот, мне хотелось бы знать, какая именно мысль вас так угнетала. Возможно, она никак не связана с трагедией - или даже кажется вам несерьезной... - Тут мистер Анкертон едва заметно вздрогнул. - Все равно скажите.
- Отчего же, могу и сказать, - пожал плечами Анкертон. - Хотя это действительно не имеет никакого отношения к делу, да вы же еще, пожалуй, и посмеетесь надо мной. Я думал, что лучше бы моя дражайшая супруга не вмешивалась не в свои дела и не трогала бы это проклятое стекло. У меня такое чувство, будто именно суета с заменой стекол и навлекла на нас беду!
