Мэтью сердито посмотрел на дверь, за которой что-то с грохотом упало, затем голос Джека с фальшивым смирением произнес:
– Прошу прощения, госпожа.
– Спасибо за совет, но я еще не настолько впала в отчаяние, чтобы воспитывать их с помощью рукоприкладства, – сказала я мужу, покидая его кабинет.
За два дня мой «преподавательский» тон и суровый вид навели некое подобие порядка, но я прекрасно понимала: это ненадолго. Дети не смогут долго сидеть паиньками по углам. Активность, свойственная их возрасту, требовала выхода, и мне нужно было что-то придумать для управления ею. Оставив на время книги и бумаги, я устраивала Джеку и Энни длительные прогулки по Чипсайду и западным предместьям Лондона. Мы сопровождали Франсуазу в ее походах на рынки. Мы ходили к докам Винтри и смотрели на разгружающиеся корабли. Моим подопечным нравилось угадывать, откуда приплыли товары и где набирались команды кораблей.
В один из таких дней я перестала ощущать себя туристкой. Появилось новое ощущение, будто елизаветинский Лондон – мой дом.
Субботним утром мы отправились на Лиденхоллский рынок, славящийся своей отменной бакалеей и редкими пряностями. Заметив одноногого попрошайку, я полезла в кошелек, чтобы достать пенни. Не успела я и глазом моргнуть, как детки забежали в шляпный магазин. Их шалости в подобном месте могли обойтись мне в кругленькую сумму.
– Энни! Джек! – крикнула я вдогонку, бросив пенни одноногому. – Не вздумайте там ничего трогать!
– Далеко же вы зашли от своего дома, госпожа Ройдон, – послышался низкий голос.
Спиной я поймала чей-то ледяной взгляд, а обернувшись, увидела Эндрю Хаббарда.
– Здравствуйте, отец Хаббард, – сказала я.
Одноногий попрошайка торопливо заковылял прочь.
– А где ваша женщина? – спросил Хаббард, оглядываясь по сторонам.
– Если вы имеете в виду Франсуазу, то она здесь, что-то покупает, – сухо ответила я. – Энни тоже со мной. У меня не было случая поблагодарить вас за эту девочку. Она мне очень помогает.
– Я так понимаю, с Благочестивой Олсоп вы уже успели познакомиться.
На столь бесцеремонную попытку выудить из меня сведения я ответила молчанием.
– Со времен несостоявшегося вторжения испанцев она редко покидает свой дом. Только если случается что-то серьезное.
И эту фразу я встретила молчанием. Хаббард улыбнулся:
– Госпожа, я же вам не враг.
– Этого, отец Хаббард, я не говорила. Но с кем я встречаюсь и по каким причинам, вас не касается.
– Да. Ваш свекор… или вы предпочитаете называть его отцом? Он достаточно ясно написал об этом в своем письме. Разумеется, Филипп поблагодарил меня за помощь вам. От главы семейства де Клермон гораздо чаще услышишь угрозы, нежели благодарности. И вдруг – такая перемена. Поведение вашего мужа меняется в лучшую сторону. Весьма обнадеживающий знак.
– Чего именно вы хотите, отец Хаббард? – настороженно спросила я.
– Я вынужден терпеть присутствие де Клермонов. Но если возникнут осложнения или неприятности, мое терпение может закончиться. – Хаббард наклонился ко мне, обдавая ледяным дыханием. – А вы как раз и вызываете осложнения. Я носом это чую. И даже языком. С тех пор как вы появились, ведьмы стали… какими-то иными. Мои отношения с ними осложнились.
– Это всего лишь печальное совпадение, – ответила я вампиру. – Я здесь ни при чем. Я настолько несведуща в магическом искусстве, что даже не могу силой магии разбить яйцо.
Из дверей рынка вышла Франсуаза. Я сделала Хаббарду реверанс и пошла ей навстречу. Но вампир схватил меня за руку. Его пальцы были обжигающе холодными.
– Кстати, госпожа Ройдон, запах исходит не только от вашей или нашей породы. Вам известно, что тайны тоже имеют свой ясно различимый запах?
– Нет, – ответила я, стараясь высвободить руку.
– Ведьмы по запаху способны определить, когда кто-то лжет.
– Мадам, вы готовы? – спросила Франсуаза.
Увидев Хаббарда, она нахмурилась. К счастью, Франсуаза успела вовремя вытащить детей из шляпного магазина. На Джека Хаббард не произвел никакого впечатления, зато Энни при виде своего благодетеля побледнела.
– Да, Франсуаза. Можем идти, – ответила я, отворачиваясь от жутких полосчатых глаз вампира. – Благодарю вас, отец Хаббард, за совет и сведения.
– Кстати, если мальчишка вам в тягость, я охотно о нем позабочусь, – пробормотал Хаббард.
Эти слова заставили меня снова подойти к вампиру.
– Мое не трогать! – сказала я.
В этой дуэли глаз первым не выдержал Хаббард. Он отвел взгляд. Я вернулась к моей маленькой ораве, состоявшей из вампирши, ведьмы и человеческого детеныша. Беспечность Джека как ветром сдуло. Мальчишка переминался с ноги на ногу, словно намереваясь дать деру.
– Идем домой. Там тебя ждет имбирный пряник, – сказала я, беря Джека за руку.
– Кто этот человек? – шепотом спросил мальчишка.
– Отец Хаббард, – тоже шепотом ответила Энни.
– Это про него разные песенки поют? – задал новый вопрос Джек, оглядываясь назад.
Энни кивнула, добавив вслух:
– Да. И когда он…
