Под оглушительное рычание два зверя дрались из последних сил. Алые разводы щедро пятнали пол. Местами кровь чернела, исходила чёрным дымом, испаряясь на глазах. Мёртвый Стефан привалился к дальней колонне. Похоже, невероятный по силе удар отправил беднягу в полёт. Он вписался в витую громаду, и, оставив на ней трещины, сполз изломанной тряпичной куклой. В стороне лежала Сибия. Она была ещё жива и слабо пахла тьмой.
– Я разве давал разрешение начинать без меня? – собственный голос показался фон Ройху грубым и зычным, как полковой горн. – Как же я тосковал по хорошей драке!
Поигрывая саблей, он зашагал прямо к дерущимся монстрам.
С Кристаном что-то было не так, и это ещё мягко говоря! Ирвин наблюдал, как его благородный друг, беззаботно ухмыляясь, идёт навстречу смерти. Все эти изменения в поведении, синяки на лице, непривычная одежда, будто снятая с портового грузчика. Ревущий клубок из мяса, когтей и шерсти катался по полу. Даже смотреть на это было жутко, до дрожи в коленях! Вот только на барона зрелище не производило ровным счётом никакого впечатления.
Угольно-чёрный волк перекинул собрата через алтарь. Тот стал медленно подниматься, скребя пол и мотая окровавленной башкой. Дела его были плохи.
– Сигерн?! – выдохнул газетчик, прислоняясь к косяку. Уж больно знакомым казалось недовольное и злое рычание монстра. – Похоже, я действительно много пропустил.
Тем временем сыщик приблизился к четвероногому чудищу.
– А ты тот, кого зовут Фрауг? Силён, действительно силён, – на губах его играла довольная усмешка. Глаза светились азартом, а левый теперь совершенно явственно сверкал алым блеском. – Знаешь, я буду счастлив сожрать твоё сердце. И спасти множество невинных, конечно же!
– Новая тварь. От тебя смердит бездной… – пророкотал зверь, – это место просто кишит врагами. Убью. Всех убью.
Он бросился на новую добычу. Ирвин едва не вскрикнул, предчувствуя неминуемую развязку, но барон с нечеловеческим проворством отскочил в сторону.
– Ты опасен и силён. Был бы, если бы тебя не освежевали до моего прихода! – юноша хохотнул и плотоядно облизнул губы. Затем он выставил вперёд пустую руку, сложив пальцы в замысловатую фигуру, и начал нараспев произносить слова.
В памяти журналиста встрепенулись воспоминания: старый библиотекарь с древним фолиантом в руках. Вот он неуверенно и сбивчиво читает молодому воспитаннику отрывок на древнем церковном языке. Сейчас же речитатив звучал совершенно свободно. Словно благородный барон целыми днями только и делал, что практиковался в мёртвых языках.
Громадный монстр уже собирался вновь прыгнуть на человека, но бешено заметался на месте. От заклинания его тень словно ожила. Рассыпалась множеством щупалец, и каждое принялось терзать хозяина. Некоторые обвивали шею, силясь задушить, другие впивались в раны. Кристан наполнял своим голосом весь необъятный зал. Казалось, даже купол вибрировал в вышине. Чудище рычало и билось в путах.
– Да помогут нам светлые боги, – газетчик едва различил за общим шумом чьё-то испуганное бормотание. Вздрогнул и обернулся: рядом стоял полный бородатый монах в компании ещё нескольких служителей Храма. Повезло, что подкрались не враги.
– Брат Эрн? Целитель?
– Да, да, это я, – сбивчиво отозвался он, теребя в руках докторский чемоданчик.
– Бегите, святой брат, тут опасно! Вам срочно нужно укрыться, – Ирвин не без труда отлип от косяка, и для убедительности замахал руками.
– О, нет, ни в коем случае, – толстяк помотал головой, – я… мой долг спасти Храм. Наш долг, – тут он оглядел спутников в поисках поддержки. Те неуверенно закивали. – Прошу, поддержите нашу молитву, господин Эйк. Если в вас есть хоть крупица силы вашей матушки, это нам очень поможет!
Ответить Ирвин не успел – фигура хищника в центре зала, вскипела облаком мрака, как перегретое варево пеной. Похоже, чары фон Ройха всё-таки проиграли неистовой ярости. Его слова оборвались, а сам барон покачнулся, будто от невидимого удара. Чудище рванулось на своего врага. Лишь в последний миг второй зверь перехватил его в прыжке.
Исполинский волк прокатился по разбитым плитам и поднялся на лапы. Он тяжело дышал. Шкура сочилась дымящейся кровью во множестве мест, тень дрожала, словно руки пропойцы.
– Господин Эйк? Прошу вас, – пробормотал бледный как мел и взмокший монах. Теперь он протягивал журналисту кулон в виде крылатой фигурки Хранящего. – Я заговаривал святую воду и оружие для отца Клауса. Нет, вы не подумайте, я сам не воин! Просто смиренный лекарь и богомолец. Но светлые боги дали мне силы, и я… я должен вмешаться.
Остальные монахи смотрели на Ирвина с надеждой. Он не понимал, чем может помочь этим людям. Но, если само его присутствие их поддержит – почему бы и нет?! Кинуться в бой с тростью он уже точно не мог.
– Хорошо, я готов, – пальцы сжали тёплую фигурку.
Брат Эрн сделал шаг вперёд и затянул молитву.
