Официальным прикрытием этой деятельности служила фирма «Эрикссон ACCESS» специалисты которой в те годы активно монтировали оборудование для сотовой связи в Ленинградской области, а вот непосредственную координацию действий спецслужб осуществлял тогдашний шеф шведской военной разведки MUST генерал-майор Эрик Розандер. Как оказалось, в первую очередь шведов интересовали радары, электронные системы ПВО и… любые компоненты, необходимые для изготовления атомного оружия, – от тяжелой воды до обогащенного «боевого» урана.
Невозможно было даже представить, насколько масштабной была перевозка военной техники и оборудования на пароме. Тогда, на Готланде, Владимиру Виноградову удалось получить лишь электронную копию совершенно секретного меморандума о сотрудничестве между эстонской и шведской службами безопасности. В частности, этот документ регламентировал транспортировку неких «особо важных военно-технических грузов» по так называемому балтийскому морскому коридору…
Через некоторое время секретные материалы, полученные Виноградовым от «экологического» шведа, послужили основанием для массированной кампании в либеральной западной прессе и даже привели к созданию эстонской парламентской комиссии по расследованию подлинных обстоятельств гибели сотен людей на пароме…
К сожалению, этой комиссии так и не удалось найти ни единого подтверждения тому, что кто-либо из действующих или бывших государственных служащих Эстонии, а также других лиц знал о перевозках военной техники или принимал в этом какое-либо участие. Также не было обнаружено никаких документов, относящихся к тайным перевозкам через Эстонию вооружений, военной электроники и радиоактивных материалов… Комиссия парламента, после долгих раздумий и препирательств, пришла к выводу, что шведские спецслужбы самостоятельно проводили операции по транспортировке военной техники с территории Эстонии, не выполняя при этом требования по проведению таможенных процедур.
Тем не менее никаких дипломатических или политических осложнений в трогательных отношениях между двумя независимыми, суверенными государствами такие скандальные разоблачения не повлекли – Эстония лишь с благодарностью принимала и принимает от северного соседа в качестве платы за послушание миллионы евро через совет Банка Швеции или в виде различного рода поощрительных премий.
Разве что, несколько попортилась международная репутация тогдашнего президента: все-таки обвинение в причастности к незаконным перевозкам военного оборудования – не самая лучшая реклама для любого политика. Для него, как для человека, непосредственно форсировавшего вывод российских баз из Эстонии и неоднократно выступавшего с резкими антироссийскими и антисоветскими заявлениями, подобные обвинения оказались особенно чувствительными и в конечном итоге привели к поражению на следующих выборах…
Прежде чем встать со скамейки у озера и направиться в свой отель, Владимир Александрович сделал несколько фотографий – и для души, и для конспирации.
– До свидания, пернатые… не скучайте!
Кажется, сейчас он понял, что объединяет две такие непохожие нации – русских и англичан.
Ностальгия. Точнее – некий особый ее вид: ностальгия по утраченным национальным окраинам.
И у тех и у других когда-то было ощущение принадлежности к Великой Империи.
Это нашим детям и детям наших детей, подрастающему поколению, будет потом все равно: что Финляндия – что Армения, что Эстония – что Гондурас…
Одно слово: заграница. Но для нас, сорокапятилетних, основную часть жизни гордившихся европейским уютом Риги не меньше, чем золотыми куполами Суздаля или рыбным богатством Камчатки?
Очевидно, почти то же самое пережили полвека назад англичане.
Только в советских учебниках это называлось: кризис и распад колониальной системы.
Добираться от дома Литовченко было не далеко и не близко – в самый раз…
В принципе, когда есть даже самая примитивная карта города, найти нужный адрес – не проблема. Тем более если знаешь до какой станции метрополитена надо ехать.
Причем за несколько лет проживания в английской столице Алексей так и не понял, кто и зачем здесь вообще пользуется такси: дорого, медленно, неудобно…
Значительно проще ездить по Лондону на метро, которое принято называть
Лондонское метро, пожалуй, устроено даже более демократично, чем традиционные английские пабы. Все-таки в пивной значительно реже встретишь бродяг, бизнесменов или правительственных чиновников, сидящих плечом к плечу…
Главное, не оказаться на какой-нибудь из пересадочных станций метро в часы пик – намнут бока не хуже, чем в Москве или, скажем, в Питере. Также не следует уступать места представительницам слабого пола, включая старух и беременных женщин – запросто могут причислить к половым шовинистам.
– Дорогая, я пошел!
– Да, всего хорошего… скоро будешь?
– Не знаю. Пока! – Алексей поцеловал жену в щеку и спустился по ступеням крыльца.
