— «Тьярвэ инье ми лэ фэа - ответила некромантка, даже не шевеля губами. Ее голос звучал прямо внутри головы призрака, и теперь это был чистейший эльфийский язык с линтанирским акцентом. - Онта’умбар, гулдур нестаг’ми’фиринфэа минья’сэ’фэа, онта’тальякента, а сина кента ан минья умбар тулкава. Элье элдали кэ тенья’ламинда фирьяри. Лэ кэ ханья’илкуэн ай кенда’митья. Ананта лэ эпеллло кар’сина?» (эльф. «Потому что я у тебя в душе… Создавая призрака, некромант закладывает в душу умершего частичку своей, создавая прочную связь, и с первым призраком эта связь особенно сильна. Вы, эльфы, способны чувствовать то, что незаметно людям. Ты и сам все поймешь, если заглянешь в себя. Но ты ведь уже почувствовал, да?»)
— Ма лэ уванимо? - произнес Сардарлионар, который действительно уже понял, какая часть его души принадлежит не ему. - Сиве лимбэ лэ макар? (эльф. «Что ты за чудовище? Скольких ты убила?»)
— Veri match, - без особенного удовольствия отозвалась волшебница. - Match mo zenai vantid, bat notmo zensitchueitchn rikwaid. dunot fie — u dunot nid tuendu it folion taim. Iventchueli pat ofmi inu unait vizio soul enu dzast bikam bit mo khrim enprekmetik pesen. Itiz io niu neitche — ifu kanot eksept it, dzast khet uzd. (этерем. «Многих… Куда больше, чем мне хотелось бы, но не больше, чем было нужно. Не бойся, тебе не придется терпеть это долго — со временем моя частичка полностью сольется с твоей душой и ты просто станешь немного более мрачным и прагматичным. Но мои приказы тебе придется исполнять в любом случае. Ты даже подумать не сможешь о том, чтобы их нарушить. Такова твоя новая природа — если не можешь смириться, хотя бы привыкай.»)
Она развернулась и зашагала к цитадели.
— Au khouin? (этерем. «Ты идешь?») - спросила она у призрака, не оборачиваясь.
Сардарлионар почувствовал, как его ноги сами собой повернулись и зашагали вслед за некроманткой.
— Инье лелья… (эльф. «Иду»), - вздохнул он, напоследок бросив прощальный взгляд на свое мертвое тело, которое костяные руки постепенно забрасывали землей, создавая своеобразный курган.
— Sar… Ou, u hev sou lion neim! - проворчала темная волшебница, вдруг становясь похожей на капризное дитя. - Inmai houmlend vi kat lion neimz… maind ifai vil koul u «Sar’ar»? (этерем. «Сар… у тебя такое длинное имя… У меня на родине длинные имена сокращали. Можно я буду звать тебя Сар’аром, да?»)
— Манен рукима синтакуэтта… (эльф. «Что за возмутительное сокращение…») - возмутился витязь.
— Mai neimiz Saotelkelteshmanore… visaut eni difteins, - усмехнулась в ответ девушка, и эльф окончательно убедился, что ошибся в оценке ее возраста, и ее человеческому телу не больше двадцати лет. - Bat u kan koul mi ”Sa’ore”, ofkoz. Baivei aiem Kvin Ofded, bat dunot iven de tukoul mi Medzesti! Мал раванери эйсауза нитайдеронэй корит са хэ мал каэйза критайхоорэй* — zetiz mai meitou. (этерем. «Меня зовут Саотелкелтешманоре… Но ты, конечно, можешь звать меня просто Са’оре. Кстати, я — Королева Мертвых, но только не надо звать меня Величеством. — такой у меня девиз.»)
Так Бледный Рыцарь Сар’ар познакомился с той, которой ему предстояло служить следующую тысячу лет.
Примечания:
* фраза в эпиграфе и в конце главы значит: «Я — Темная королева, дочь зла, мать горя и разрушенья. Убей меня, а не можешь — трепещи и живи на коленях» (перевод с языка древних).
========== Глава XVI. Часть I. Линтанир - перед рассветом ==========
Многие говорят, будто эльфы пострадали в борьбе с Тьмой
больше всех. Это неверно. На протяжении тысяч лет мы —
паладины — были теми, кто вели постоянную борьбу с Тьмой.
Много раз мы думали, что скоро рассвет, и Тьме придет конец.
И потому мы лучше всех осознали горькую истину —
Рассвета не будет. Тьма вечна, и вечной будет наша борьба.
Гроссмейстер Аврелий V, «История Ордена, том XIX», 676 ГВ
