Никаких мировых заговоров не было и не могло быть.
Король Дэлавин Перэльдар, «Повесть о страданиях и
подвигах эльфийского народа», 730 ГВ
Отряд орков заночевал в холмах неподалеку от берега реки. Каждую весну армии под началом великих и малых вождей спускались с гор. Обычно они проходили между землями Кналга и Болотом Ужаса, хотя в лучшие годы орки без опаски пересекали владения Альянса. В последние годы военная мощь Кналга значительно возросла, но так или иначе орки добирались до Великой Реки. В годы, когда Королевская Армия не успевала как следует подготовиться к их прибытию, они переправлялись за реку и нападали на города и деревни Центрального Веснота. Города Парфин и Вельрам подвергались нападениям почти ежегодно, а порой орки доходили даже до Сорадока. Если же год выдавался неудачный, и орки видели, что южный берег реки хорошо защищен, они довольствовались налетами на удаленные северные деревни. Королевская Армия посылала отряды всадников за реку, чтобы перехватывать налетчиков-орков, и война становилась игрой в салки. Орочьи армии разделялись на небольшие мобильные отряды и стремились добраться до незащищенных деревень. Те отряды, которым это удавалось, возвращались в горы с добычей, стремясь успеть вернуться в свое племя к первому дню лета — после окончания Сарак Ки-Рох — «весенней разминки» — вожди орков собирались вместе и начинали планировать более серьезные предприятия на год.
Отряду младшего вождя Тарак Аджуна и повезло и не повезло сразу — с одной стороны, в этом году переправиться через реку не получилось, и отряду удалось найти лишь небольшую деревню. С другой стороны, орки получили добычу даже без драки — жители деревни разбежались, бросив в домах еду и ценности. Но все же добыча была не слишком велика — немного золота и простеньких украшений, сорок мешков угля, все железо, которое нашлось в деревенской кузнице, и две девочки, обе младше десяти лет, которые, похоже, потерялись во время бегства крестьян, и прятались в подвале одного из домов — для тридцати орков все это более, чем скромно. Уголь и железо Тарак собирался продать на границе гномам — происхождение товара их не особенно волновало — но вот рабов они не покупали, а искать работорговца ради двоих детей не было смысла. Придется отвести девочек в племя — еды им нужно немного, а через пару-тройку лет от старшей из них уже будет ощутимая польза в хозяйстве. Итого получалось по пять монет на воина — если гномы будут не слишком упорно торговаться за уголь, двадцать пять монет — старейшинам, двадцать пять монет — шаману, и две малолетних рабыни для племени. Тарак Аджун считал себя очень везучим орком — вообще-то, он был так везуч, что даже уже перестал удивляться своей удаче — и теперь чувствовал себя обкраденным. Либо где-то был шанс, который он не заметил, либо все предприятие с самого начала было обречено на провал, и он должен быть благодарен хотя бы за то, что остался жив.
«Ошиг во ки-рох ву толкат мар Тарак Во-ки-гарох ыры Тарак Пакарат-ки-паран, - уныло подумал он. - Жуп… Бух ы га паран… Ры хат паран — ро ки-ки-варуг ы хат рох…» (ороч. «После этого похода меня станут называть Тарак Позорник или Тарак Покоритель малолеток… Жопа… Сейчас бы напиться и бабу… Угораздило сцапать двоих малолеток — вроде и бабы, а проку нету…»)
Его мрачные мысли прервало возвращение Дагаба и Багока — двоих бойцов, которых он послал к реке за водой. Оба были очень довольны, и причина была очевидна — они волокли за собой связанную эльфийку.
— Жон, - доложил Дагаб. - Мур барут! Мур га паран-отак, во ки-рат хава саку. (ороч. «Вождь… Мы молодцы! Мы нашли эльфийку, которая лежала слабая на берегу реки»)
— Кут. Мур барут (ороч. «Верно… Молодцы»), - кивнул вождь.
Он посмотрел на пленницу — она лежала без сознания, видимо из-за того, что наглоталась воды, пытаясь переплыть реку… Хотя Тараку ни разу не приходилось слышать, чтобы в этих краях обитали эльфы, и, тем более — чтобы эльфийка была способна переплыть Великую Реку — даже он сам не рискнул бы попробовать, не имея при себе хотя бы бревна. Так или иначе, эта женщина сейчас здесь… и она очень хороша. Длинноволосая блондинка, не похожая на других эльфиек — тощих и тонконогих, которые того и гляди сломаются под твоим весом — у этой хорошие, округлые бедра и большая грудь. Ее белое с голубым платье насквозь промокло и прилипло к телу — ну что за дура, пытаться переплыть реку в платье?
— Ко мур рох, жон? (ороч. «Что будем делать, вождь?») - спросил Багок, и все остальные орки вопросительно уставились на Тарака.
Несколько мгновений вождь готовился сообщить им, что хочет оставить эту эльфийку себе. Ребята поймут его — а Дагабу и Багоку он отдаст свою долю добычи — да и в племени никто уже не сможет сказать, будто он вернулся из похода с плохой добычей. Хорошая женщина украшает хорошего воина, даже если она эльфийка… Но все-таки Тарак удержался. Быть хорошим орком не то же самое, что быть хорошим вождем. А как вождь он знал, что добыча отряда мала — а эта женщина сможет увеличить долю каждого воина по крайней мере на две монеты.
