— Почему яма? - поинтересовался Кротыш, набивая громовые посохи порошком.
— Чтобы поджарить ее под огненным щитом, мне нужно несколько раз подряд использовать сильное заклинание, но она ведь не станет стоять и смотреть на это. Нужно ее как-то обездвижить. Повелитель обычно использует Болото, но эта фея может его высушить — она уже делала так в прошлый раз. Значит нужна яма.
— Вы про заклинание? - уточнил скелет-гном. - Вы не умеете его колдовать?
— Нет, не умею, - покачала головой ведьма.
— А может чего попроще сгодится? - спросил Кротыш. - Я пока сюда шел, видел длиннющую цепь.
— Цепь, которую сделал Никодим… - догадалась Вакилла. - Да, она огнеупорная, но слишком длинная.
— Свяжем ее краешком, - предложил гном. - Сейчас, скажу ребятам подтащить.
— Ладно, тащите, - согласилась девушка.
Тем временем бой между саламандрой и двумя скелетами подходил к концу. Даже несмотря на необходимость драться только одной рукой и поддерживать огненный щит, чтобы защититься от заклинаний Вакиллы, Тинебрифиэль была сильнее. Поначалу Храшку и Старику удалось заставить ее отступать благодаря натиску и четырехкратному превосходству в количестве рабочих рук. Но затем саламандра взмахом огненных крыльев отбросила скелетов в сторону и, направив на Старика острие своего фалкуана, создала обвившуюся вокруг клинка огненную змею. Сорвавшись с лезвия, змея устремилась к скелету, увеличиваясь в размерах. Через пару мгновений вторая такая же полетела в Храшка. Скелет-орк ловко уклонился, но заклинание развернулось в воздухе и набросилось на него сзади. Огненные змеи оплели скелетов, не позволяя двигаться и медленно поджаривая. Саламандра отмахнулась крыльями от усиленных огненных шаров Вакиллы и, спрятав в ножны фалкуан, вновь создала в руке огненный меч, на этот раз — настолько длинный, что он больше походил на копье. Она обрушила это оружие на Кротыша и еще двоих скелетов, приближавшихся к ней с цепью в руках. Двоих она рассекла пополам сразу, а Кротышу, пытавшемуся подняться после ее удара, выстрелила в голову Волшебным Пламенем, подойдя в упор.
В этот момент к фее подскочила Вакилла. Когда ведьма увидела, что план с цепью рассыпался в прах вместе с несшими ее скелетами, ее постигло внезапное озарение. Девушка ударила посохом под ноги саламандре и ударная волна, сопровождавшая каждый удар оружия Мал Хакара, вырыла в земле воронку — ту самую яму, которой Вакилле так не хватало. Стоило фее упасть в воронку, как ведьма накрыла ее Огненной Могилой. У этого смертоносного заклинания было один малоизвестный побочный эффект — в замкнутых пространствах оно быстро выжигало весь кислород и от того могло использоваться для тушения огня, как бы глупо это ни звучало. Огненный щит, покрывавший саламандру, погас и Вакилла немедленно накрыла воронку еще одной Огненной Могилой — на этот раз усилив ее боевой магией. Вслед за первым усиленным заклинанием ведьма сотворила второе, а затем, выхаркав четверть галлона крови — третье. Огонь боевой магии горел не за счет кислорода — в воронке, пылавшей теперь жарче, чем гномья кузня, сгорали годы жизни молодой ведьмы.
А затем огонь в воронке вспыхнул еще жарче и из него появилась Тинебрифиэль. Она больше не была крылатой девушкой, окутанной пламенем — теперь она и была пламенем. Пылающая фигура то ли эльфа, то ли птицы, точных очертаний которой нельзя было различить, потому что она целиком состояла из постоянно пребывающего в движении пламени. Повиснув в воздухе прямо над пылающей ямой, она обрушила на Вакиллу снаряд магического пламени, затем второй и третий. Храшк, освободившийся от объятий огненной земли набросился на фею, но она ничего не стала делать — скелет с разбегу пролетел прямо сквозь ее бесплотное огненное тело и свалился в пылающую воронку. Оглядев своих поверженных противников, Тинебрифиэль воздела руки к небу и Линтанир воспылал. Деревья, убитые пятнадцатью минутами ранее заклинанием Лилии, стали пылающими головешками, знаменитый линтанирский полуторафутовый слой опавшей листвы превратился в один сплошной костер. Последний, окончательный вариант плана воеводы Белондила не был рассчитан на успех Предвестников Зноя — как и все линтанирские силы, участвовавшие в этой операции, они были лишь еще одной приманкой. Как и предполагала Церцея, Белондил планировал погрести армию нежити в огне, но источником этого огня должны были стать не чары волшебных всадников и не заклинания многочисленных эльфийских чародеев и друидов, а обратившееся в пепел сердце саламандры Тинебрифиэли, потерявшей единственную, кем она дорожила на свете.
Примечания:
* орочье слово «жон» означает «вождь». Вождем может стать любой орк-барат мужского пола, для этого ему необходимо выполнить одно из следующих действий:
