Противник Вакилле попался тоже непростой — стоило Мал Хакару отправиться на бой с дриадой, саламандра бросилась следом за ним, и ведьме пришлось останавливать ее, преградив дорогу своеобразной огненной стеной, вызванной с помощью усиленного заклинания Потока Пламени. Фея отпрянула в сторону — и то хорошо, потому что ведьма не имела представления, как она стала бы преследовать противницу, если бы та просто перелетела через огонь или прошла бы насквозь, защитившись Огненным Щитом.
— Эй, тебе же сказали — будешь драться со мной! - на всякий случай сообщила ведьма уставившейся на нее пустым взглядом саламандре. Та вместо ответа обеими руками метнула в Вакиллу огненные шары, которые не причинили никакого вреда, бесследно исчезнув в огненном щите ведьмы.
«О чем она вообще думала? - мысленно удивилась девушка. - Любой огненный маг знает, что это заклинание отлично защищает от любого пламени. Я вообще думала, что оно непробиваемо, пока не узнала о боевой магии… Эта фея совсем ничего не соображает и просто нападает на всех вокруг?»
Так или иначе, факт неуязвимости Вакиллы к огненной магии, похоже, отпечатался в мозгу саламандры. Она развеяла огненный клинок в своей правой руке и вытащила из ножен два обычных меча — привычные для эльфов фалкуан и экет. Покрыв себя огненным щитом — который был намного ярче, чем у Вакиллы, и включал в себя, помимо обычного покрова, пару пылающих крыльев — фея бросилась в атаку. К немалой радости ведьмы, она не была столь умопомрачительно быстра, как некоторые другие феи, которых Вакилле приходилось лицезреть ранее — Тинебрифиэль двигалась с той же скоростью, что и обычный человек.
Обычно Вакилла охотно вступала в ближний бой, зная, что жар огненного щита не позволит противникам нормально с ней сражаться — даже просто находится рядом с этим заклинанием было невыносимо. Но на этот раз такая защита была у обеих противниц, и все должно было решиться противостоянием посоха и пары мечей. Будь у ведьмы ее обычный кедровый посох, единственным ценным качеством которого была несгораемость, это не продлилось бы долго, но посох Мал Хакара из черного дерева было не перерубить никаким клинком, а его удары создавали мощную ударную волну, так что Вакилле удалось блокировать три удара и даже отбросить саламандру от себя, прежде чем та сбила ее с ног и обезоружила. От смерти ведьму спас арбалетчик Гакир, о присутствии которого на поле боя она и не подозревала — у него вообще была удивительная способность оставаться незаметным до тех пор, пока он не окажется нужен. Скелет подскочил к саламандре и ударил ее своей павезой с такой силой, что фея отлетела на семь футов.
— Горячая, гоблин ее дери, - проворчал Гакир.
— Тебе лучше уйти с линии огня, пока не поздно, - посоветовала ему Вакилла, поднимаясь. - Мне огненная магия нипочем, но тебя она…
Договорить она не успела, потому что скелет, быстро зарядив арбалет, выстрелил в саламандру, а та, в свою очередь, вложив меч в ножны, выпустила в Гакира сгусток оранжевой энергии. На этот раз вместо огненного шара она воспользовалась огненной версией Волшебного Пламени — самой разрушительной из четырех стихийных версий этого заклинания. Более дальнобойное, более мощное, с большей скоростью полета снаряда, в разы более эффективное против нежити и всевозможных проявлений темной магии, оно уступало огненному шару лишь в скорострельности. Гакир успел заслониться павезой, но взрыв магического пламени все равно отбросил его на тридцать шагов и впечатал в дерево. Болт арбалетчика тоже достиг цели, вонзившись фее в живот, но она явно не собиралась умирать — снаряд сгорел в пламени огненного покрова, а края раны прижглись.
«А вот этим заклинанием она, пожалуй, сможет пробить огненный щит, - отметила Вакилла. - Впрочем, если не говорить ей об этом, авось не догадается — вроде не шибко умная.»
— Помощь нужна? - поинтересовался Храшк, вернувшийся на поле боя после того, как оттащил Церцею в тыл.
— Уйди, а то и тебя подожгут, - отмахнулась ведьма.
— Всех не пережгут, - заявил Старик, подходя к Вакилле в сопровождении Кротыша.
— О, и тебя вернули, - воззрилась на гнома девушка. - Вот от тебя, возможно, будет польза, а в ближнем бою вы ей ничего не сделаете.
— Это мы сейчас проверим, - отозвался Кум’ан’дан Бернс, устремляясь в атаку. Саламандра выстрелила в него Волшебным Пламенем, но скелет устоял на ногах и уже через мгновение продолжил наступать. Тинебрифиэль подняла руки, готовя более мощное заклинание, но тут Кротыш выстрелил в нее сразу из обеих громовых посохов. Из левого он промахнулся, но снаряд из правого прострелил фее левую руку. Саламандра не только не смогла завершить заклинание, но и отказалась от использования экета, отбиваясь от Старика и подоспевшего Храшка одним мечом — весьма искусно, между прочим. Скелеты, в отличие от живых фехтовальщиков, не испытывали неудобств от жара и сияния огненного щита, но это не спасало их от возможности сгореть.
— Ничего у них не выйдет, - сказала Вакилла, наблюдая за схваткой. - Нам нужна яма.
