Тень. Своя судьба (СИ) полностью

   Пиши мне обо всем, как и прежде. Я надеюсь, что твои послания и впредь будут доходить до меня. И не удивляйся, если на твоем пороге вновь возникнет гонец с письмом от Тени по имени Энна...'

   Я не боялась назвать принцессе свое настоящее имя -- и она, и ее муж слишком молоды, чтобы знать хоть что-нибудь о семье князей Риатаны, и мое имя им ни о чем не скажет.

   Свернув письмо, я вложила его в простой конверт, на котором написала: 'Нэлиссе лэ Ауста от той, что была незримо рядом с ней, а потом обрела свободу'.

   Гонец отправился в Лум, портовый город на восточном побережье Новых земель, уже на следующий день. Ему было поручено сказать Нэлиссе несколько слов, чтобы она сразу поняла, что он от меня, и не испугалась. За почти два года совместного существования, у нас возникло множество таких словечек и знаков...

***

   Впервые я получила письмо от принцессы не во сне, а наяву -- настоящее, на бумаге:

   'Здравствуй, Энна!

   Трудно выразить в нескольких строчках ту бурю эмоций, которую у меня вызвало твое послание. Но времени у меня мало, а потому писать придется только о самом главном.

   Я счастлива, что не потеряла тебя. И испытываю признательность оттого, что мои проблемы тебе небезразличны.

   Главное, я поняла, что ты сможешь держать меня в курсе относительно дел в Таунале, а потому постраюсь не тревожиться понапрасну. Буду просто ждать и потихоньку убеждать мужа, что в стороне, если что, остаться не получится. Ну и готовиться понемногу -- на всякий случай. Где-то в глубине души я продолжаю надеяться, что все это обойдет нас стороной, и мы сможем вести тихую жизнь, о которой мечтали. Но боюсь, эти надежды тщетны.

   Вопросов никаких задавать не стану -- верю, что придет время, когда ты сама обо всем мне расскажешь.

   С надеждой на встречу,

   твоя Нэл.

   Я улыбалась, читая это письмо. Прошло меньше двух лет с того дня, когда мы расстались, но это время изменило нас обеих. И новая принцесса не просто нравилась мне, а вызывала уважение. Прежде я воспринимала ее как младшую, ведомую, а теперь видела в ней взрослую самостоятельную женщину. Пожалуй, даже взрослее меня сегодняшней.

   А на следующий день после получения письма закрутились-завертелись колеса нашей авантюры.

   Но колеса крутились где-то там, в отдалении, не требуя от меня ни действий, ни пристального внимания -- Владыка полностью взял это на себя, -- а моя повседневная жизнь впервые за последние годы приобрела размеренный и даже скучный характер. Выходить в город Рэйм мне не советовал, занятий для меня подходящих не находилось, кроме чтения и совместных утренних тренировок, в которых мне составляли компанию попеременно то Ирье, то Владыка.

   Для Ирье меры предосторожности не были столь строги, и он время от времени пропадал где-то, иной раз даже целыми днями, и я не знала, чем он занят. И не спрашивала: захочет -- сам расскажет.

   А однажды, слоняясь без дела по дворцу, я заглянула в одну из дальних гостиных и обнаружила там своего в очередной раз пропавшего братца... И не одного! Он сидел на диванчике рядом с девушкой и держал ее за руку, нежно поглаживая маленькие пальчики. Девушка была из наших -- то есть Тенью. И не проявленной, судя по всему, а значит, совсем юной.

   Осторожно, пока меня не заметили, я отступила на шаг назад, скрываясь за дверью. Вот так раз -- у брата личная жизнь, а я ничего об том не знаю! С одной стороны, я радовалась за Ирье, с другой -- было немного обидно, что он мне ничего не рассказал. И претензий вроде бы не предъявишь -- как бы ни была я неопытна, но догадывалась, что в такие дела даже самых близких посвящают далеко не всегда.

   Мешать брату я не собиралась. Кроме того, я подозревала, что личная жизнь -- не единственное, что занимает его время. Мне показалось, что Ирье выполняет какие-то поручения Рэйма, и, поразмыслив, я решила, что это очень даже неплохо -- мужчине необходимо осознание того, что он не прохлаждается, а приносит пользу.