Клан Хьюга шумно праздновал свадьбу одного из достойнейших своих сынов. Вдоль улицы, ведущей к дому Старшей семьи, были накрыты столы, весь квартал был украшен лентами, фонариками, флагами с символикой клана. Такой же знак украшал одеяние Неджи из очень светлого жемчужно-серого шелка. В вечернем воздухе плыла прекрасная мелодия, сотканная из вибраций струн и нежнейших женских голосов, затем она сменялась более громким, ритмичным и веселым пением.
Неджи и Кенара изо всех сил старались никого не обойти вниманием и не обидеть в этот день, проявляя совершенно не свойственные им дружелюбие и общительность, поэтому к концу празднества оба очень устали.
— Смотри, — наклонившись к куноичи, сказал Хьюга, — кажется, твоя тетя и мой дядя сошлись в дружеской беседе.
— Я знаю, что они обсуждают, — вздохнула Кенара.
— И как думаешь, чья несгибаемая воля победит? — с легкой усмешкой поинтересовался Неджи.
— Это неважно, потому что решение останется за нами. Хьюга или Хьюга-Масари.
— Уверен, мы договоримся быстрее, чем они.
Кенара улыбнулась.
Нинаки подошла к ним, чтобы еще раз поздравить сестру. Она собиралась пожить с Сейджином в течение месяца после свадьбы, чтобы дать молодоженам побыть наедине друг с другом.
— Если ты не против, я бы осталась подольше, — сказала Нинаки. — Ходят слухи, что Легендарная Цунаде в Конохе, я собираюсь умолять ее дать мне пару наставлений.
— Конечно, но как бы Сейджин ни противился, мы будем жить вместе в доме Неджи. Пожалуйста, не подавай ему несбыточных надежд.
Старшая из сестер слегка покраснела.
— Вы уже договорились о чем-то? — нахмурилась Кенара.
— Он хотел, чтобы я осталась с ним до его выпуска из академии будущим летом. Сейджин уверен, что, когда он станет генином, ты разрешишь ему жить отдельно. Просто… ему было бы тяжело делить тебя с другим мужчиной.
Кенара многое могла бы сказать по этому поводу. Разве она чья-то собственность, чтобы ее делить? А когда выяснилось, что Сейджин влюбился в Эри, разве она ревновала и требовала его внимания? Наконец, если бы ему не хватало общения с матерью, он бы не стремился жить отдельно. Куноичи нахмурилась, но промолчала, лишь недовольно скрестив руки на груди.
— Что ты делаешь? — приглушенно воскликнула Нинаки. — Совсем с ума сошла?! На тебя все Хьюга смотрят… — старшая сестра схватила Кенару за край рукава, выдергивая одну ее руку из-под другой. — Что за вульгарные позы в свадебном наряде?
— Забыла, что я еще в костюме невесты… — выпрямляясь, пробормотала Кенара.
— В костюме, ага… — Нинаки укоризненно покачала головой.
В это время Шикамару подошел поболтать с Неджи. Когда помощник Седьмого предложил своей супруге составить ему компанию и еще раз вместе поздравить молодоженов, Темари спросила с едкой усмешкой:
— С чем поздравить?
Так что он отправился один.
— Яманака Реза уволился из штаба, — сказал Шикамару. — Не захотел работать с новым координатором. Вообще он попросился в боевой отряд АНБУ, в РЗО.
Неджи удивленно приподнял брови.
— Никогда не слышал, чтобы его это интересовало. Впрочем, скорость бега у него выше среднего.
Шикамару усмехнулся.
— Забавно, что ты считаешь это главным качеством для агента подразделения РЗО.
— Потому что когда я там служил, мы в основном бегали.
В конце праздника пролился дождь, словно разгоняя всех по домам. Столы, стулья, посуда и остатки еды были убраны с завидной скоростью, свидетельствовавшей о том, насколько хорошо дисциплинированы представители клана.
Кенара впервые оказалась у Неджи дома. Разувшись у порога, она вступила на прохладные доски пола и окинула комнату взглядом. В ней царил рациональный порядок, как нельзя лучше соответствовавший складу характера Неджи. Стараясь скрыть смущение, куноичи сделала вид, что очень занята тем, как бы отцепить цветок от собственных волос.
— Не надо, — сказал Неджи. Он подошел к ней очень близко и добавил, слегка краснея: — Не снимай…
Взяв куноичи за руку, Хьюга повел ее за собой, с замиранием сердца думая, что все происходит именно так, как он себе представлял в своих мечтах. Промелькнула мысль: «Неужели так бывает?» — и Неджи с трудом подавил вздох.
— Постой, — вдруг сказала Кенара.
Она остановилась напротив картины на стене, нарисованной акварелью и вставленной в раму под стекло. Зеленые волны холмов и белая пена цветущих диких роз вызвали драгоценные воспоминания, живущие в ее душе.
— Напоминает то место…
— Это оно и есть.
Сердце куноичи затрепетало в груди. Как мог он видеть мир ее глазами? Как мог по одной оброненной фразе уловить впечатление, которое произвели на нее красоты окружающей природы? И воспроизвести его так точно!
На этот раз Кенара сама крепко сжала его руку и повела за собой…
