Поединок продолжился. На этот раз Кенара была осторожнее и терпеливо выжидала подходящий момент, однако он не наступал. Она продумывала разные вариации ударов на ходу, но ни на чем не могла его подловить, иногда ей даже казалось, что Хьюга может своими действиями провоцировать ее направить поединок по нужному ему сценарию. Оба были выносливы, напряжение не спадало. Постепенно Кенара пришла к выводу, что единственное, что в ее силах — это свести бой к ничьей, слишком силен был противник. Если бы можно было как-то вывести его из себя, заставить нервничать… Но делать этого она не хотела — все же они сражались в дружеском поединке. Перекрытые тенкесту давали о себе знать острой болью и снижением скорости. В какой-то момент куноичи начала думать о том, как бы не проиграть. Пора было действовать.
Она прыгнула вперед, намереваясь ударить Неджи кулаком в грудь и вложив мощь в этот удар. Хьюга сделал то же, что и в первый раз, только ударил теперь не сбоку кисти, а снизу. Кулак врезался в ребра, но удар оказался неожиданно слабым. В этот момент куноичи использовала его плечо как опору, вцепившись в него левой рукой, и с хорошего размаха ударила его коленом в грудь. Неджи покачнулся и упал на одно колено, будучи не в силах вздохнуть. Перед глазами все поплыло. Кенара стояла перед ним и, будь это настоящий бой, могла бы добить его любым ударом. Тем не менее три ее тенкетсу были перекрыты: две на кисти правой руки и одна над коленом левой ноги.
— Вам больно, прошу прощения за это, — сказала она мягко.
Неджи отменил режим особого зрения и потер пальцами веки. Кровь стучала в висках.
— Не слишком ли это — для дружеского поединка? — спросил он, поднимаясь на ноги.
— Я контролирую силу своего удара, чтобы не повредить внутренние органы. У вас будет просто большой синяк.
— Тогда все в порядке. Как ваши рука и нога?
— Терпимо. Когда восстановится циркуляция чакры?
— Примерно через сутки.
Площадка, на которой они только что сражались, была освещена огнями города на высоком холме и светом звезд. Как только Хьюга договорил фразу до конца, над городом разорвалось множество фейерверков, и это красочное зрелище продолжалось не менее пяти минут. Джонины стояли, глядя в небо, расцвеченное огнями и падающими звездами неестественных цветов. Когда салют прекратился, какое-то время еще слышался радостный рев голосов довольной толпы, потом шум сделался более-менее ровным, как раньше.
Неджи и Кенара отправились в ближайшую беседку прямо над морской водой и уселись там, под мягким светом двух фонарей, чтобы немного отдохнуть.
— Вы превзошли мои ожидания, — произнес Хьюга, невольно прикладывая руку к ушибу.
Куноичи отвернулась, чтобы скрыть улыбку, — так приятно ей было получить признание от человека, которого она уважала.
— Все-таки вы выполнили условие, так что на полном основании можете засчитать себе победу, — ответила она.
— С удовольствием бы сделал это, если бы не адская боль в груди, — сказал Неджи.
Оба улыбнулись, опустив глаза. Здесь задувал ветер, непривычно теплый для ноября, темные волны с мягким плеском ударялись о стенки понтона, на котором располагалась беседка.
— Вы заставили меня по-настоящему стараться, давно не испытывала подобного чувства. То есть, я стараюсь на тренировках, но там ведь мне ничто не угрожает.
— Кенара, — произнес Неджи, — мы ровесники, в одинаковом звании и почти равны по силе, думаю, можем обращаться друг к другу на «ты». Согласна?
— Ты знаешь, что да, раз уже обращаешься ко мне на «ты», — ответила девушка.
— Да, знаю. Иногда благодаря своим глазам я вижу больше, чем хотел бы.
— И ты видишь, что я чувствую прямо сейчас?
— Это нетрудно. Ты все еще возбуждена после поединка, радуешься своему успеху. Тебе хорошо.
Кенара посмотрела ему в глаза. «Он думает, другие видят его так же отчетливо, поэтому мастерски научился владеть собой».
— Правда, — спокойно сказала она. — Почти три недели без тренировок кого угодно вгонят в тоску. И ведь миссия еще не закончилась. Так что да, сейчас мне хорошо.
— Кто был твоим учителем? — поинтересовался Неджи.
— Мой муж, — ответила Кенара. — Сейчас он учит подрастающее поколение.
«Черт, я почти забыл про мужа», — нахмурившись, подумал Хьюга. Он отвернулся, чтобы скрыть свое смущение. Через полминуты он спросил:
— Как его зовут? Может быть, мы встречались.
— Ио Номика.
Неджи хмыкнул, на этот раз без улыбки.
— Да, мельком встречались в Конохе, но лично не знакомы. Он боец ближнего боя?
— Да, но у него также сильные техники Стихии Земли средних и дальних дистанций.
— Универсальный боец? И насколько хорошее его тайдзюцу?
— Мое лучше. Но у него больше опыта.
— Его фамилия Ио? Но твоя ведь — Масари.
— Семья выставила свои условия, выражая согласие на брак: дети должны стать наследниками клана, носить фамилию Масари. Я не хотела, чтобы моя фамилия отличалась от фамилии детей, поэтому оставила девичью.
— И он согласился на это? — Неджи постарался задать этот вопрос без неодобрения в голосе, но не был уверен, что у него получилось.
