... Вульфред был еще достаточно молод, но, невзирая на это обстоятельство, уже занимал ответственную должность советника Магерса, короля Кальтиры. Круг приближенных к королю знатных людей знал еще кое-что, про этого худощавого нескладного человека. Поговаривали, что он чародей, а сам король в это твердо верил, лишь по этой причине доверив такому подозрительному типу важный пост советника. Если говорить откровенно, слава чародея была Вульфредом несколько не заслужена, ибо ни одного серьезного магического приема он не знал. Но зато малый был весьма любознателен и, что важнее, был хорошим актером, а кроме того, действительно неплохим советником. Именно поэтому до сих пор никто из посвященных, включая самого короля, не догадывался о прискорбном отсутствии у него каких-либо магических способностей. Вульфред хорошо знал, как сыграть на суеверии людей, чтобы добиться своего, и, помимо прочего, был все же неплохим знатоком медицины и алхимии. Так что его можно было скорее назвать алхимиком, чем чародеем, но такого кощунственного пренебрежения он бы не потерпел. Вульфред уже так привык притворяться, что, пожалуй, сам поверил в свои способности, которых, к сожалению, не было.
Как-то раз в замок Мальстроу, бывший летней резиденцией короля, прикатил свою тележку необычный старик. На нем был надет теплый плащ с капюшоном, несмотря на довольно теплую погоду, а в его тележке были сложены книги. Королевские придворные мало интересовались этими пачками пергамента, считая ученость делом лысых стариков и жрецов и с большим энтузиазмом предаваясь различным плотским удовольствиям. Один лишь Вульфред откровенно интересовался книгами, и этот факт добавлял мистики в его загадочный образ, сложившийся при дворе.
Узнав о приезде книготорговца, алхимик степенно отложил в сторону свой последний неудачный эксперимент и, тяжко вздохнув, спустился из своей башни. Лоток старика, как и следовало, не пользовался особой популярностью, так что торговец сразу оживился, увидев заинтересованного человека. Вульфред напустил на себя свой обычный важный вид и стал разглядывать привезенный товар. Книги тут были самые разные - о науках, записки путешественников, размышления различных философов. Однако алхимик сразу же обратил внимание на одну, лежащую чуть в стороне от остальных. Это была книга простом черном переплете без всяких опознавательных знаков.
- Что это за книга? - спросил Вульфред у торговца.
Тот немного помолчал, а затем поднял на Вульфреда свое лицо, на котором, как оказалось, не хватало одного глаза.
- А ты, как я вижу, хорошо разбираешься в книгах, - ответил он. - Весь местный сброд только хихикает, глядя на мой товар, но ты человек другого сорта. Не зря, уважаемый, ты обратил внимание на это произведение. Этих книг было всего две, написаны одним... философом очень давно. Одна из них была уничтожена, а вот эту посчастливилось найти мне. Странные вещи отображены на этих страницах, странные и таинственные. Поговаривают, что это секреты какой-то древней магии...
При последнем слове глаза и так уже заинтересованного Вульфреда разгорелись еще ярче. Он взял черный томик и раскрыл его где-то ближе к середине. На одной из страниц красовалась гравюра, порядком выцветшая от времени. На ней был весьма умело изображен человек, рисующий на земле какую-то странного вида геометрическую фигуру. Подписи к гравюре не было, а на другой странице причудливой вязью струился текст. Язык показался Вульфреду незнакомым, но немного поднапрягшись, он все же вспомнил, что уже видел нечто подобное раньше.
- Сколько ты возьмешь за эту книгу, старик? - нетерпеливо обратился он к продавцу.
- Столько, сколько ты сам за нее дашь, уважаемый, - ответил старик, опуская глаза.
Вульфред запустил руку в карман, вытащил свой кошель и щедро отмерял горсть золотых монет.
- Вот, держи, я беру ее у тебя, - сказал он, заворачивая книгу в тряпицу и, не удостоив больше торговца ни единым словом, поспешил назад в свою башню.
- Спасибо, молодой человек. Пусть она оправдает твои ожидания, - ответил вдогонку алхимику старик, уже не скрывая улыбки, и его единственный глаз зажегся недобрым огнем.
Глава тринадцатая
Ничто больше не задерживало пиратов в Аль-Бакареше. Теперь было ясно, для чего затевался весь этот поход, и, получив заветную вещь, Самондор торопился покинуть город и удалиться от храма как можно дальше. Капитан не был суеверен, он не боялся гнева темного бога, о котором с такой горечью говорил его старый друг, однако пират не был глупым человеком и прекрасно понимал, что лишний риск сейчас ни к чему. Поэтому, как только все оказались в сборе и причитания Зулфы несколько утихли, караван, не торопясь, но и не задерживаясь, двинулся в обратный путь. В лагерь вернулись уже затемно, практически никто из пиратов не спал, а даже если и спал, то немедля проснулся, чтобы встретить своего капитана. Животных разгрузили, и стали готовится к утреннему отплытию.
