– Отсюда надо уходить, – без лишних слов распорядилась она. – Давайте за мной. У меня в тайнике немного осталось, но добраться до третьего Забрала хватит.
Она проскользнула мимо них, не дожидаясь ответа. Мальчики горестно переглянулись и покорно поспешили за подругой.
По пути к третьему Забралу Аше еще дважды пришлось расчищать дорогу. На стене их ждал отец Вирра, не скрывавший тревоги Парат и стоявший рядом с ним Хэл.
Элосьен при виде сына с облегчением кивнул, и все молча направились в город. Однако на выходе из Федрис Идри командующий вскинул руку, резко остановив спутников.
И нахмурился, склонив голову к плечу.
– Не слышно боя, – оценил он. – Наверное, мы сумеем…
Парат прервался на полуслове, сдавленно охнул, глаза его распахнулись от боли.
Из-за спины отступил Хэл. С кинжала его капала кровь. Оскалив зубы, он стеклянными глазами смотрел на своего командира. Парат умер прежде, чем тело его упало на мостовую.
Не дав остальным опомниться, Отзвук метнулся к Вирру, замахиваясь кинжалом.
Все произошло мгновенно. Элосьен, взревев, прыгнул и заслонил сына, и удар пришелся ему прямо в живот. Давьян, который вместе с Ашей опередил остальных на несколько шагов, внезапно оказался рядом и вбил свой клинок в грудь Хэлу. Тот рухнул одновременно с Элосьеном; герцог с мучительным стоном, Отзвук – лишь дернувшись в предсмертной судороге.
Вирр наконец обрел способность двигаться: он упал на колени рядом с задыхающимся отцом, беспомощно попытался зажать ладонью кровь, хлынувшую из распоротого тела. Он закрыл глаза. Такая серьезная рана требовала много сути – всей, что осталась. Он надеялся только, что этого хватит.
– Нет, Торин. – На губах герцога выступила кровавая пена, но голос, хоть и слабый, словно шепот, звучал твердо. – Не смей исцелять.
Вирр в ужасе уставился на отца.
– Ты же умираешь! – вскрикнул он, с яростью утирая слезы, которых до сих пор не замечал. – Я могу тебя спасти!
Элосьен грустно, любовно улыбнулся ему, сжал руку.
– Нельзя, – пробормотал он. – Нас обманули, Торин. Они пойдут через Федрис Идри. Если одаренные не вступят в бой, погибнут все, не я один.
– Но…
– Обещай мне, Торин. – Пальцы Элосьена уже слабели, но голос настойчиво требовал. – Сознание мутится. Пока я в памяти, должен сказать, чего хочу. Измени догмы во что бы то ни стало. Поклянись, что отпустишь меня.
Вирр долго смотрел в лицо отцу, потом откинулся назад. Плечи его поникли. Слезы ручьями бежали по щекам.
– Обещаю.
Герцог успокоенно вздохнул. На миг взгляд его остекленел, он закашлялся и застонал от боли. А когда снова взглянул на Вирра, взгляд стал иным. В нем было безумие ужаса.
– Торин? – прошептал герцог. – Что случилось? Вирр в недоумении замешкался с ответом, проглотил вставший в горле ком. Отец забылся от потери крови.
– Тебя ранили, – как мог мягко ответил он. – Ты спасал меня.
Элосьен простонал:
– Ты стал старше. Не понимаю…
Вирр крепко сжимал руку отца. Элосьен быстро уходил от него.
– Все хорошо. Я буду с тобой до конца.
Элосьен в отчаянии запрокинул голову.
– Нет! Я не хочу умирать. Спаси меня!
Он сгреб Вирра за грудки, притянул к себе, и сын увидел страх в его глазах.
– Помоги мне, сын! Умоляю. Я знаю, ты можешь спасти. Не дай мне умереть.
Вирр отвел взгляд.
– Прости, – задыхаясь, выдавил он. – Ты мне запретил. – Он проглотил слезы. – Я люблю тебя, отец.
– Нет, – прошептал Элосьен. – Нет.
Руки его упали, глаза слепо уставились в ночное небо.
Вирр, всхлипнув, склонился над телом отца. Так он простоял несколько секунд, потом судорожно перевел дыхание, справился с собой и вытер лицо. Будет время горевать, а пока он должен был действовать, чтобы самопожертвование отца не оказалось тщетным.
– Ох, нет!
Он резко обернулся, услышав ужас в голосе Аши. Та рассматривала неподвижное тело Элосьена так, словно только что поняла что-то ужасное.
– Как мне жаль, Вирр, – тихо, словно в беспамятстве пролепетала девушка. И покачала головой, глядя на друзей. – Мне надо кое-что сделать. Я… мне надо идти.
Она убежала, не дав им вымолвить ни слова.
Вирр так онемел от горя, что не мог даже удивиться.
– Объявить тревогу, – глухо приказал он случившимся поблизости солдатам. – Слепцы перехитрили нас. Всем вернуться на Забрала.
Когда солдаты скрылись, принц обратился к Давьяну:
– А нам надо в Тол Атьян.
Давьян, бессильно опустив руку с мечом, разглядывал три тела на дороге.
– Зачем?
– Затем, что пора кончать, – тяжело ответил Вирр, вставая на ноги. – Пора менять догмы.
Аша летела сквозь жуткую пустоту дворцовых залов. Все, кто мог и хотел сражаться, давно ушли на Федрис Идри; остались лишь те, кто управлял жизнью города, и еще несколько человек, отказавшихся бежать, хоть от них и не было проку в обороне. Аша слышала свои гулкие шаги и как могла сдерживала панические мысли о том, что творится сейчас на Забралах. Ее дело – найти очередную глухую комнату. Она сама не знала, надеется или боится застать там Эррана.
