Не пренебрегая осторожностью, я добрался до чёрного хода минут через пять. Перестрелка всё ещё грохотала внутри склада, значит сломить сопротивление быстро не получилось. Но тут преимущество всё равно на нашей стороне: никто не может стрелять так много и так долго, как модификанты клана Рейтар. И раз там вообще кто-то стреляет, значит они ещё живы.
Я вынес замок на двери выстрелом и зашёл в темноту. Внутри было множество контейнеров, составленные один на другой, в три этажа до самого потолка. Из них был составлен настоящий лабиринт. Вспышки выстрелов отражались от потолка и давали немного света, так что я шёл вперёд, выискивая противника. На одной из развилок я увидел азиата, который возится с дверью контейнера, и выстрелил в него. А в следующую секунду он исчез.
— Хвост летящего дракона!!! — услышал я за спиной, прежде чем полететь вперёд.
Чёртов модификант!
Я влетел прямо в дверь контейнера и разбил себе обе брови и нос, а ещё сломал, кажется, все кости одновременно. Азиат мгновенно оказался рядом со мной, но добивать не стал. Грохот пулемёта раздался совсем близко от нас, поэтому он сосредоточился на контейнере. Лишь отодвинул меня ногой от хода двери. Наконец, замок тонко пропищал и открылся. Азиат тут же устремился внутрь.
Как ни странно, я всё ещё был жив. Пошевелил руками, затем ногами. Осознал, что всё ещё сжимаю в руке пистолет. Когда азиат вновь показался в проёме, таща перед собой громоздкую клетку с какой-то ящерицей, я встретил его восемью выстрелами в лицо. И кажется, первая пуля от его лица попросту отскочила, но я стрелял ещё и ещё, и в какой-то момент голова модификанта взорвалась, обрызгав всё вокруг кровью. Капли, попавшие на ящерицу, задымились и сгорели, а сама рептилия взбесилась. Мои пули повредили клетку, и после нескольких ударов когтей, высекших искры из прутьев, ящерица вырвалась на свободу. С другой стороны развилки загрохотал пулемёт — наши прорвались, и сейчас мне помогут! Ящерица, тем временем, испугалась и сбежала в темноту.
— Джеймс? — удивился Генрих.
Ответить ему я не смог — все силы ушли на то, чтобы расквитаться с азиатом.
— Модификанта завалил! Красавчик! — он продолжал обследовать поле боя — А где варан, Джеймс?
Я понятия не имел, о чём он меня спрашивает. Да и всё равно не мог ответить, даже дыхание давалось мне с трудом.
— Джеймс! Мы за ним сюда пришли! Если мы не принесём его Архитектору…
Его прервал жуткий грохот и треск горящего металла.
— То он придёт за ним сам! — закончил главарь банды. В следующую секунду кусок потолка свалился на меня сверху, и я потерял сознание.
Архитектор Карл Рейтар смотрел на своё лучшее творение, и понимал, что совершенство недостижимо. От этого становилось немного больно. Ему, высокопоставленному магу великого клана, боль была непривычна. И всё же, как ни модифицируй своё тело, жизнь найдёт способ уязвить.
— Ульрих… — начал Архитектор.
— Это моя вина, мастер. — отрапортовал боец.
— Ульрих! — нервное напряжение Карла было так сильно, что достаточно было одной неверной фразы, чтобы он сорвался.
— Простите. Я предположил, что вас это успокоит.
— Успокоит? Ты пришёл сюда, чтобы меня успокоить? То есть, ты считаешь, что в сложившейся ситуации мне нужно просто успокоиться, сесть смирно и ждать пока всё решится само собой?
— Нет.
— Ульрих!!!
— Да. Я не представляю, что мы можем сейчас сделать. — рыцари клана Рейтар созданы абсолютно бесстрашными, но Ульрих почувствовал опасность, исходящую от своего создателя, и понял, что нужно говорить максимально прямо и честно.
— Что мы можем сейчас сделать… — Карл чуть успокоился — Для начала, расскажи кого ты нанял на это дело.
— Эта банда называет себя «Смерть», потому что не оставляет свидетелей в живых. Главарь — незаконный модификант Генрих.
— Сколько у них магов?
— Два модификанта.
— Сколько. У. Них. МАГОВ!?!
— Ни одного! Откуда полноценному магу взяться в банде?
— Да, действительно. Кракены же их всех ловят прежде, чем те научатся энергией управлять.
— Ваш сарказм неуместен. Однако, признаю, что не проверил этих бандитов по столь маловероятному показателю. — Ульрих сделал максимально протокольную, безэмоциональную рожу.
— Вот это разговор настоящего аристо! Ульрих, я много раз тебе говорил, что не собираюсь быть Архитектором вечно, и что ты должен учиться сам принимать решения. Например, когда ты решил обстрелять тот склад из плазменной пушки. Все законы Империи нарушил, но поступил правильно, хвалю.
— Значит, на складе был незаконный маг? Он, очевидно, выжил. В каком он состоянии? — Ульрих проигнорировал похвалу, хотя в глубине души ему было очень приятно.
— Держим в отключке. На нём ни царапины, хотя досталось ему явно неслабо.
— Он мог что-то видеть.
— И это всё, что ты хочешь сказать?
— Его существование создаёт проблемы. Мы не можем продать его Кракенам, потому что увели у них варана, и они не станут с нами разговаривать, и не можем просто ликвидировать его, так как нам никто не поверит. Но судьба этого мага — не наша проблема. Наша проблема в том, что он мог что-то видеть. И едва ли захочет нам об этом рассказать.
